Комбат. За морские заслуги - Андрей Воронин

— Ё! Я-то удивлялся, почему башка так сильно трещит от какого-то литра вискаря! Оказывается, я не только сбил Карлсона, но и развалил старую мельницу. Как меня торкнуло не по-детски! Нет, друг Чичиков, бросай пить, а то начнется белая горячка и станешь ты одержим маниакальными идеями. К примеру, вместо живых людей решишь накупить мертвых душ.

— На! — Чичиков сунул бутылку Дон Кихоту.

— Что это? — спросил тот, свинтив пробку и принюхавшись. — Сей запах мало напоминает аромат благородного кальвадоса.

— Сам ты кальвадос! Для ее изготовления брали чистейшую родниковую воду! Гарантирую — похмелья не будет!

Удивительно, но сомнительный юмор и доведенный до маразма абсурд воспринимался зрителями благожелательно. Они часто хлопали и аплодировали. Водяной тоже не жалел о потраченном времени.

«Для разнообразия можно раз в месяц ходить на спектакли», — подумал он, раскинувшись на заднем сиденье иномарки.

Впереди уселись шофер и охранник. Выбравшись из города, машина набрала скорость и притормозила только у поворота к особняку. Вдруг из темноты возникли три человека. Двое были вооружены автоматами, один пистолетом. Ударили очереди и громкие одиночные выстрелы. Посыпались стекла, в металле появилось множество пулевых отверстий. Удивительно, но при такой плотности огня охранник получил только легкое ранение. Он успел выхватить пистолет и дважды выстрелил, прежде чем его прошила новая автоматная очередь. Один из нападавших упал. Это был Огрызок.

— Рубец, посмотри, что с ним!

— Мертв! Пуля разнесла ему черепушку. Что делать, Артур?

— Уходить! Мы не сможем забрать его с собой. Вот-вот на выстрелы явится охрана из особняка! Надо рвать когти!

Артур подошел к легковушке, через выбитое окно выпустил короткую очередь в неподвижное тело Водяного, а остаток магазина всадил в убийцу Огрызка — для верности. Бросив тело товарища, киллеры побежали к берегу. Там стояла моторка. На всем ходу лодка устремилась вниз по реке к спасительным протокам. Артур постоянно оглядывался назад, боясь появления быстроходных катеров убитого авторитета. Но погоня запоздала.

Обстановка на острове накалялась буквально с каждым часом. Рублев это чувствовал, он понимал, что взрыв последует обязательно, вот только кто уцелеет, когда рассеется дым? Полагаться на судьбу нельзя было категорически, а что еще оставалось делать? Цепь оказалась слишком прочной. Комбат, укрывшись в палатке, делал отчаянные попытки освободиться, но даже его сильные пальцы не могли разогнуть любое из звеньев — а уж Борис испробовал все возможные комбинации. Но он не сдавался, а удача, как известно, любит настойчивых. Однажды, тренируя бандитов, Комбат заметил плоский и достаточно узкий камень. Ему пришлось приложить немало усилий, чтобы незаметно положить его себе в карман. Но старания того стоили. Борису удалось проткнуть камень в одно из звеньев. Тот оказался достаточно прочным, и Комбат сумел буквально на пару миллиметров разогнуть звено. Затем камень не выдержал неравной борьбы с железом, сломался. Однако начало было положено. Звено едва заметно деформировалось, приоткрыв узенькую щелочку. Комбат использовал любую возможность и буквально по микронам приближался к свободе. Он понимал, что надо успеть до того, как Солдат устроит покушение на Водяного. Эта акция станет финальным аккордом в кровавой деятельности команды, после нее бандиты постараются скрыться и вряд ли оставят в живых свидетелей. Если двум лидерам островитян удастся договориться, Солдат отдаст Ирину на потеху сообщникам, а Рублева не мудрствуя лукаво застрелят.

Но Комбат очень сомневался в мирном исходе противостояния Гвоздя и Солдата. Лидеры банды не доверяли друг другу. Гвоздь подозревал Солдата в желании присвоить все деньги, а главарь вполне обоснованно полагал, что Гвоздь мечтает устроить маленький дворцовый переворот.

Вот только из-за стесненности, малых размеров острова было проблематично составить заговор. Как завербовать сообщников и обсудить детали переворота, если рядом чужие уши? И Гвоздь решил перейти к активным действиям в самую последнюю минуту. Когда трое членов банды отправились на дело, он выбрал подходящий момент и заявил:

— Че тянуть? Даже если мокруха сорвется, второго раза нам не представится. Водяной усилит охрану, станет избегать любого риска. Пора рвать когти, а для этого надо честно разделить бабки.

— Хорошо, разделим, дай только мужикам вернуться, — хладнокровно ответил Солдат.

Такой расклад категорически не устраивал Гвоздя.

— Ты нам фуфло не впаривай! Сначала мужиков дожидаться, потом еще че выдумаешь. Я тебя насквозь вижу. Хочешь заныкать бабки и слинять, прихватив своего дружка Артура. Раскатал губу! — он намерено повысил голос, привлекая внимание Налима.

Колобок уже стоял рядом, внимательно прислушиваясь к спору. Подошел и Налим, как бы невзначай прихватив пистолет.

— Говори конкретно, чего ты хочешь, — Солдат ткнул пальцем в грудь Гвоздя.

— А я уже сказал. Хочу разделить бабки. Прямо сейчас и по-честному. Верно я говорю, мужики?

Налим с Колобком дружно одобрили славное начинание.

— Значит, вы хотите пробросить наших корешей? — обратился к ним Солдат.

— Почему? Всем разделим поровну, — возразил Колобок.

А Налим вкрадчиво заметил:

— Бабки у тебя заныканы в другом месте. Пока мы за ними смотаемся, глядишь — и пацаны вернутся.

Напор был слишком силен, и Солдат махнул рукой:

— Ладно, смотаемся за баблом. Только у меня одно условие: плывем чистыми, без стволов. А то знаю я Гвоздя. Он точняк подлянку задумал: когда я возьму баксы, он мне маслину в кумпол засандалит.

— Ты сам хочешь нас прикончить. Мы поедем чистыми, а ты улучишь момент и вышвырнешь одного из нас за борт. А вдвоем нам с таким здоровяком не справиться, — с удивительной быстротой отреагировал Гвоздь, тщательно обдумавший предстоящий разговор и готовый к такому его повороту.

— Нет! Или чистыми, или я никуда не еду! — продолжал стоять на своем Солдат.

— Это тебе так хочется, — зло ухмыльнулся Гвоздь и выхватил пистолет. — Давай в лодку, иначе я тебя расшлепаю прямо здесь.

— Попробуй. А баксы тебе добрый аист принесет?

— Нет, принесешь ты. Я ведь не собираюсь тебя мочить, а прострелю ногу. Или руку. Хотя нет. Ты — большой любитель пытать людишек горящими палками. Если продолжишь упрямиться, отведаешь это на собственной шкуре. Верно я говорю, мужики?

— Будет знать, как зажимать баксы! — поддержали Гвоздя Налим с Колобком.

— Ладно, поплыли, — как-то подозрительно легко сдался Солдат.

Он повел катер и остановил его точно напротив своей кладовой.

— Почему не причаливаем? — настороженно спросил Гвоздь.

— Баксы лежат в бобровой норе. Она сама на поверхности, а ход в нее под водой, — Солдат начал раздеваться.