Мятежные воины - Александр Тамоников

— Или по ликвидации тех, кто решится завладеть катером.

— У вашего Седого действительно дар предвидения.

— Говорил же.

— Надо бы ему доложить о действиях надзирательницы.

— Доложу. Утром!

— Дама исчезла из проема окна.

— Пошла, видимо, к себе.

— Да-да, что-то будет завтра?

— Ничего особенного, майор. Штурм! Первый раз на реальном боевом выходе?

— Да.

— Заметно. Как говорит Седой, все будет, как учили, спокойной ночи, майор!

— Спокойной!

Лунден ушел в свой модуль. Над фьордом установилась тишина. И только плеск волн, поднятых северным ветром, разбивавшихся о скалы, нарушал эту гнетущую тишину.

В четверг, 25 октября, в 10.00 по внутренней связи Лерой попросил командира зайти в отсек. Седов прошел в помещение, отведенное французскому капитану — специалисту по радиоэлектронике. Лерой поднял трубку:

— Генерал-полковник Белоногов.

Валерий ответил:

— Здравия желаю, Дмитрий Сергеевич!

— Здравствуй, Валерий Николаевич. Доложи результаты разведки.

— Лерой выслал вам подробный отчет по ночным мероприятиям и предлагаемый план действий по освобождению заложников на утверждение.

— Да? Наши специалисты мне ничего не передавали, хотя погоди… есть, Седой, Бровин доставил и отчет, и план. Ну, а коротко можешь обрисовать обстановку?

— Если коротко, то обстановка с одной стороны вроде спокойная, вполне благоприятная для успешного проведения операции «Залив».

— А с другой?

— С другой, Дмитрий Сергеевич, что-то на этой ферме не так. Похитители до сих пор не выставили никаких требований?

— Нет! Тебя это беспокоит?

— И это тоже, но больше одна дамочка, которая трется у главаря банды, и та скрытность, что применяют боевики. Наблюдение за двое суток не зафиксировало появления на площадке и вокруг на улице более трех человек, не считая надзирателя, заложниц. Только смена постов. Все остальное время банда в двадцать четыре рыла постоянно сидит в здании — казарме. Главарь не подготовил и позиций обороны главного объекта, не заминировал подходы к нему со стороны фьорда. Он словно ждет нас. И знает о нас.

— Это невозможно, Седой!

— Мне бы вашу уверенность.

— Ладно, отряд вылетел в Норвегию. Оттуда прибудет к тебе вертолетом норвежских ВВС в сопровождении полковника Норсена.

— А он нам здесь зачем?

— За тем, что на него возложено обеспечение боевой операции. Хочешь ты того или нет.

— В принципе мне все равно.

— Я посмотрю отчет, план. Перезвоню через час.

— Принял!

— До связи, Седой!

— До связи, товарищ генерал-полковник.

Ровно через час, Белоногов всегда отличался пунктуальностью, представитель России в «Совете шести» вновь вышел на связь:

— Седой!

— Да, товарищ генерал!

— Отчет посмотрел, план утверждаю. Единственное пожелание: продумай, как максимально использовать для прикрытия норвежский спецназ. Не мало ли бойцов спецподразделения майора Лундена ты планируешь ввести на пути подхода к базе террористов?

— Большему количеству спецов там просто не пройти, не создавая затора, который вообще грозит остановкой поддерживающих сил и невозможностью их развертывания в случае экстренного применения.

— Ну, смотри. Тебе на месте виднее. У меня все. Перед выходом на исходную свяжись со мной, возможно, Служба внешней разведки подбросит что-нибудь новое по банде, засевшей на ферме.

— Есть, товарищ генерал.

— Давай, Седой!

— До связи, товарищ генерал.

Передав трубку спутниковой станции, Седов вышел из модуля.

К нему подошел Лунден:

— Со мной на связь выходил полковник Норсен. Он ожидает прибытия российского самолета на военном аэродроме.

— Я в курсе, со мной тоже говорило начальство. План, представленный мной командованию, утвержден. Подробности его доведу на совместном совещании после прибытия подчиненного мне отряда.

— Кого пригласить на совещание?

— Себя!

Лунден улыбнулся:

— Это понятно. И все?

— Заместителя и командира штурмовых групп, что будут осуществлять непосредственно прикрытие отряда на путях подхода к базе террористов.

— Понял!

— Прогноз погоды на сутки не узнавал?

— Мне прогноз каждый день докладывают.

— И что нас ждет?

— Облачность, умеренный северный ветер, временами возможен дождь.

— Значит, ночь будет темной.

— Это тебе помешает?

— Нет, вопрос, помешает ли это духам? Ну, ладно, ждем прибытия отряда.

— И полковника Норсена.

— Ну, его жди ты, мне он, в принципе, не нужен.

— Тебе легче.

— Ага! А еще легче будет, когда поведу отряд на штурм.

— Я пошутил.

— Да понял, Матс, не загоняйся.

— Что? Что значит не загоняйся?

— Эх, нерусская ты душа, не загоняйся, значит, не бери в голову.

— Что не брать в голову?

— Ты выспался?

— Да.

— Не похоже. В общем, занимайся своим делом. Встретимся у трапа вертолета.

— Слушаюсь, господин подполковник.

Вертолет «Экюрей» приземлился на площадке лагеря спецназа в 13.30. По трапу спустился весь личный состав отряда и полковник Норсен. Седов объявил построение подчиненным, пожал каждому руку, не забыв и норвежского полковника. Представил им командира подразделения специальной разведки Норвегии. После чего объявил:

— Сейчас капитан Озбек проводит вас в отведенный нам модуль, там разместитесь в отсеке, затем пообедаете, — Седов взглянул на Лундена, майор кивнул, мол, обед готов, — после обеда отдых до 19.00. Оружие и снаряжение в оружейную комнату. В 19.30 совещание, на котором присутствовать Пегасу, Беку и Скату. Совещание совместное с норвежскими офицерами. Довожу до вашего сведения, что план операции утвержден, работать предстоит ночью ближе к утру, постановка задачи всем привлеченным к операции бойцам после совещания. — Седов повернулся к Озбеку, стоявшему позади: — Бек! Проводи парней в модуль.

— Есть, командир!

Отправив личный состав в расположение, Седов подошел к полковнику Норсену.