Взрывной характер - Сергей Зверев

– Кот! – позвал он и, дождавшись, когда тот на него посмотрит, показал на соседний дом. – Ты уверен, что там один подпол был?

– Почему спросил?

– А вспомни, какие замки на дверях, – продолжал перечислять Демон.

– Ну и что? – удивился Кот. – У дома есть хозяева, которые переехали в город.

– Только мы не придали значения тому, что их открывал Речник.

– Не понимаю тебя, – пытаясь уловить ход его рассуждений, пробормотал Кот.

– А чего тут непонятного? – удивился Демон. – Если Речник снял для себя на время дом, зачем каждый раз закрывать его на три замка? Там ведь врезной есть!

– Точно! – осенило Кота. – Тем более он нас в сортире ждал!

– Вы это о чем? – насторожился Филиппов, который не знал деталей их встречи с Речником.

– Неужели есть еще какое-то укрытие? – пропустив мимо ушей вопрос Филиппова, проговорил Кот.

Не сговариваясь, они устремились к калитке.

Демон присел перед замком, размышляя, как его открыть, а Кот распахнул ставни на ближнем окне и пытался расшатать решетку.

– А если, кроме заложников, в доме еще бандиты? – спросил, ни к кому не обращаясь, Филиппов.

– Речник утверждал, что он приехал один, а трое уже работали в России, – сказал Демон и взял двумя руками замок, пытаясь раскачать петли.

– У Куцего в кармане были найдены ключи, – спохватился Филиппов и протянул Демону связку. – Попробуй.

Первый же ключ открыл замок. Перебрав еще три, Демон открыл и нижний.

– Тихо! – Кот вынул пистолет и шагнул через порог. Демон устремился следом. В доме все было как и прежде.

На этот раз Кот тщательнее осмотрел обшитые деревом стены подпола и даже простучал их. Демон сдвинул в соседней комнате диван, но крышки люка не обнаружил.

– Что, если их где-то заперли и оставили? – удрученно спросил Кот. – Как они теперь выберутся?

Демон не знал, что ответить. Положение незавидное. Он страшился даже подумать, что случится, если это действительно так. Бандиты могли запереть заложников где угодно. В Москве и области сотни строений, брошенных заводов и просто домов, где годами не бывают люди. Женщин и ребенка могли попросту запереть в одном из таких помещений, и все. Как их теперь искать, если все, кто имел к ним какое-то отношение, мертвы? Нет, возразил он сам себе, ключ к разгадке должен быть именно в этом селе!

– Погоди, – вдруг осенило его. – Есть одна зацепка!

Он вынул телефон и по памяти стал набирать номер Федоровой.

– Ты кому собрался звонить? – насторожился Филиппов.

– Куцый жил у женщины, с мужем дочери которой был знаком, – стал объяснять Демон. – Вдруг они что-то знают?

– Если знаешь номер, давай «пробьем» по нему адрес, – заволновался Кот. – Лучше нагрянуть домой.

Но было поздно, Демон надавил на «вызов».

Где-то совсем рядом, из стены, вдруг донеслась мелодичная трель.

– Не понял! – Демон отключил «вызов» и прислушался.

Что-то стукнуло. Или показалось?

– Набери еще! – потребовал Филиппов и подкрался к стене.

Демон подчинился. Вновь раздалась та же самая мелодия.

– Как я сразу не догадался! – вырвалось у Демона. Он вдруг вспомнил, что два выходивших на улицу окна дома смещены к левой стене, тогда как внутри от них до стен расстояние одинаковое. Он распахнул дверцы шкафа. Так и есть, взору открылась дверь, закрытая на обычную задвижку.

– А ну пусти! – Кот бесцеремонно оттеснил Демона плечом, щелкнул задвижкой, толкнул двери и шагнул через порог.

В следующий момент произошло что-то невообразимое. Демон ничего не успел понять, как раздался звук удара и похожий на кошачий вой. Кот отпрянул, держась за лицо.

– Что? – Демон выхватил пистолет, шагнул в шкаф и прижался к стене слева от дверей.

– Ух! – Кот тряхнул головой и убрал руки.

Переносица набухала на глазах, но повеселевший взгляд поразил Демона.

– Все нормально, – улыбнулся Кот. – Табурет тяжелый. Она поняла, что это я, но просто не смогла уже его остановить.

– Какой табурет? – удивился Демон. – Кто не смог его остановить?

Теряясь в догадках, он осторожно заглянул в дверь. В похожей на глухой коридор каморке, освещенной тусклым светом электрической лямочки, первым делом он увидел Перову. Сжимая двумя руками массивный табурет, она с виноватым видом стояла у стены. Нижнюю губу сводило судорогой.

– Ты чего? – шагнул он через порог. В углу, прижимая к себе ребенка, на брошенном на пол матраце сидела Катя. С другой стороны на полу лежала связанная по рукам и ногам женщина. Во рту кляп из тряпки.

– Наконец-то! – выдохнула Перова.

Табурет с грохотом выпал на пол, и она обвила руками шею Демона.

– Когда во дворе раздалась стрельба, эта сучка стала метаться. – Перова полным ненависти взглядом посмотрела на свою тюремщицу. – На нас прикрикивала, чтобы тихо сидели… Потом сирена пожарной машины послышалась. Мы с Катей стали ее уговаривать, чтобы она разрешила нам поднять шум. Ни в какую. Когда стало понятно, что соседний дом горит, я сбила ее с ног…

Выслушав сбивчивый рассказ Перовой о злоключениях, Демон посмотрел на Фролову. Довольно крупная женщина, рыжие волосы стянуты на затылке резинкой, в бесцветных глазах безразличие и пустота.

– Ответ пришел на нашу красавицу! – нарушил тишину Вандал.

Все посмотрели на сидевшего в углу лейтенанта. Он оторвал взгляд от экрана планшета и победно посмотрел на Филиппова:

– Та еще штучка.

– Говори, не тяни резину, – потребовал Филиппов.

– Гражданка Фролова, в девичестве Сивук, восьмидесятого года рождения, уроженка села Поково Львовской области…

– Тоже хохлушка? – нахмурился Кот.

– Оттуда, – подтвердил Вандал. – В девяносто девятом переехала в Россию, вышла замуж за гражданина Фролова. Год спустя оба были осуждены по одной и той же статье – торговля наркотиками. Освободились через пять лет, но через год снова оказались под следствием по той же статье. Отпущены из зала суда…

– Вы дочь Анны Петровны? – спросил ее Демон.

– Нет. – Фролова замотала головой. – Мы с сестрой просто ухаживали за этой женщиной.

– Она написала на вас завещание? – попытался угадать Филиппов.

– Точно, – кивнула Фролова.

– А как там оказался Куцый?

– Мой муж работал на него, – шмыгнула она носом.

– В смысле? – не понял Кот.

– Он продавал спайсы мелким оптом.

– Речник говорил, что на него работают люди, реализовавшие в России большую партию этой гадости, – подтвердил Демон. – А потом?