Джон да Иван – братья навек - Александр Тамоников

– Я еще свяжусь с тобой, Дак. А ты выходи на «Орион»!

Передав трубку лейтенанту Крошу, полковник Дак по станции «Блик» вызвал на связь Тимохина. Разговор занял немного времени. Дак отключил станцию. Подчиненные смотрели на него.

– У русских все в порядке, они заканчивают работу по Кайзабаду и выходят нам на помощь. «Ориону» предстоит пройти маршем четыре километра. Это примерно час. Вот это время нам надо продержаться. Как поняли меня?

– Поняли, сэр, – вразнобой ответили бойцы «Ирбиса».

– Моджахеды, – вдруг крикнул сержант Шинлер, смотревший на освободившееся от дыма плато. – Они пошли в атаку!

– К бою! – приказал Дак и занял позицию рядом с заместителем, Барингом.

Душманы не рванули сломя голову к ангару. Пройдя десять метров, они залегли и открыли массированный огонь по складу. Пули 7,62 мм «АКМ» пробивали листы металла ангара; американцам пришлось отойти от окон и укрыться за каменным фундаментом. Одновременно замолчало оружие сержантов Линке и Ларсена.

Дак по связи вызвал пулеметчика на перевале:

– Фил, это командир! Ответь!

– На связи, сэр.

– Ты видишь, что нас атакуют?

– Я видел, как моджахеды начали наступление.

– Так почему не стреляешь?

– Не могу. По моей позиции бьют два пулемета. Уж откуда они взялись, не знаю, но огонь ведется от казармы охраны.

– Смени позицию!

– Душманы обстреливают перевал от западного поста и до места, где я выходил на хребет с востока. На запад мне не пройти: вершина метрах в ста сужается, и даже ползком выйти незамеченным за западный пост из зоны обстрела мне не удастся. Если же отойду на восток, то оттуда целей видно не будет. Такое же положение у Ларсена – его обстреливают из автоматов, не давая продолжать бой. И ему отходить некуда.

– Черт бы побрал этих моджахедов!.. Но что-то можно придумать? Нам просто необходима огневая поддержка с перевалов.

– Есть тут недалеко, метрах в десяти, яма. Попробую проскочить в нее. Получится – возобновлю огонь, нет – значит, русским останется спустить мой труп в ущелье.

– А в яме ты будешь недосягаем для пулеметчиков?

– Оттуда я сам накрою их огнем. Затем переведу его на душманов, что атакуют вас. Думаю, что и Ларсен найдет какой-нибудь выход.

– Постарайся проскочить. Я говорил с командиром «Ориона», они идут к нам на помощь.

– Отлично! У вас гранатометы остались?

– Три выстрела.

– Так чего тогда мы ждем? Прикажите парням ударить из «РПГ» по казарме. Вражеские пулеметчики бьют с флангов здания. Если всадить в него три выстрела, то, если это и не уничтожит их, наверняка даст мне возможность сменить позицию и перехватить инициативу. Да и Ларсен вновь сможет вступить в бой!

– Выстрелы по казарме? Что ж, это неплохая идея, Фил. Сейчас мы организуем огненный сюрприз моджахедам. А ты свяжись с Ларсеном, передай, чтобы был готов продолжить бой. Цель у вас одна: кроме пулеметов это наступающие на склад силы дикарей. Скажи Полу, нам надо продержаться час!

– Ларсена предупрежу. Поторопитесь с гранатометной атакой казармы. Пулеметчики могут сменить позиции, и тогда мы напрасно потратим боеприпасы.

– Да, Фил! Я понял тебя. До связи!

Отключив станцию, Дак повернулся к заместителю:

– Трех бойцов с гранатометами к воротам ангара, двоих – к западным, одного – к восточным. Цель – казарма охраны. Бить по центру и флангам. Огонь по моей команде. Выполняй!

– Есть, сэр, – ответил Баринг и отдал команду: – Шинлер, Крош с «РПГ-7» к западным воротам, Ведлер – к восточным, провести гранатометную атаку казармы охраны. Удары нанести по флангам и центру здания. Вперед!

Бойцы «Ирбиса», подхватив гранатометы, вышли на позиции и тут же произвели три выстрела по указанным целям. Разрывы гранат заставили пулеметы моджахедов замолчать. Сержанты Линке и Ларсен сменили позиции. Через минуту пулеметный огонь по северному перевалу возобновился, но стрелял лишь один пулемет; второй расчет, видимо, был уничтожен. Да и оставшийся выпустил всего несколько очередей – Ларсен после частичного разрушения здания заметил огневую точку противника и прицельным огнем из штурмовой винтовки срезал боевиков из «ПК».

Но моджахеды не отказались от намерения уничтожить напавших на завод неизвестных. Ларсен, отслеживая обстановку на западном фланге, увидел, как из барака с рабами в тыл здания вышли десять боевиков. И это явилось полной неожиданностью. Сержант тут же вызвал на связь полковника Дака:

– «Первый»! Это Ларсен!

– Слушаю тебя, Пол!

– Моджахеды у барака, сэр!

– Что? Какие еще моджахеды? Откуда они появились? Сколько их?

– Десять человек, сэр. Вышли из барака. Одеты в обычную одежду, вооружены под завязку.

– Гранатометы, пулеметы у них есть?

– Пулеметы есть, гранатометов не наблюдаю.

– Накрой их огнем, сержант!

– Не могу, моджахеды успели войти в «мертвую» для меня зону.

– И ты их не видишь?

– Сейчас нет.

– Почему, черт побери, Ларсен, ты сразу не открыл по ним огонь?

– Да потому что магазин менял. Последний вставил. И не надо на меня орать, полковник. Я не виноват, что вы не послушали русских и повели открытый штурм.

– Ты еще поучи меня!..

– А смысл? Шикарная операция, сэр. И результат отменный. Наши жизни полностью теперь зависят от того, когда подойдет «Орион»… А если бы мы действовали автономно?

– Не забывайся, сержант! И прекрати истерику. Нам достался более сложный, нежели русским, объект.

– Это вы мистеру Харсону расскажете.

– Довольно! Успокойся. Все разборки после того, как вылезем из этого дерьма. А сейчас продолжаем бой. Ответь: Линке может видеть неожиданно объявившихся за бараком моджахедов?

– Судя по тому, откуда он возобновил огонь, нет.

– Что же затеяли дикари?

Ларсен, вздохнув, ответил:

– Они наверняка уже знают, что с юга штурмовую группу прикрываю я один, вооруженный винтовкой, а ангар, где вы укрылись, четко виден с моего перевала. Поэтому думаю, что объявившиеся моджахеды предпримут попытку сбить меня с позиции и с нее же огнем прикрыть атаку сил, залегших на плато.

– Но их подъем увидит Линке…

– Увидит, если моджахеды не отойдут под прикрытием кишлака на восток. За пределами селения они станут недосягаемы для Фила и подойдут ко мне по вершине. А мне, извините, сэр, десятерых на перевале не удержать.

– Понимаю твои опасения, Пол, но пойми и ты меня: снять тебя с вершины я не могу.