Бригадир. Не будет вам мира - Владимир Колычев

– И откуда только такие уроды берутся? – возмущенно покачал головой Гобой.

– Точно, урод, – кивнул Мартын. – Извращенец. Садист с синдромом Дауна. Собака непуганая. И нестреляная. Думает, что весь мир принадлежит ему…

– С жиру бешеная собака, – мрачно усмехнулся Гобой.

– Бешеных собак отстреливают, – сжал кулаки Костя.

– Тебе же сказали, нельзя трогать этого пса, – предостерегающе посмотрел на него Мартын.

– Сейчас нельзя, а когда-нибудь будет можно. Или он Катю вернет, или с ней что-то случится… По-любому ему не жить. Информацию нужно собрать, где живет, как передвигается, система охраны, все такое…

– Ты специалист по этим делам? – сурово посмотрел на него Спартак.

Базальт прав, Красницкого наказать нужно крайне жестоко. Но ему бы не хотелось, чтобы Катя жила с профессиональным киллером… Впрочем, Катю еще вернуть надо.

– Нет, но представление имею. – Костя выдержал его взгляд.

Видно, что сильная личность. Может, именно такой мужчина и нужен Кате?.. Хотя, конечно, рано об этом говорить.

– Кое-какая информация есть, – сказал Гобой. – Дом у него на Рублевке, квартиры по всему городу… Где дом, известно, а с квартирами пока не ясно. Знаем только, что там его любовницы живут. Я бы даже сказал, невольницы… Кстати, одну из них зовут Варвара.

Гобой выжидательно посмотрел на Спартака.

– Невелика потеря, – пренебрежительно отозвался он.

Может, Варвара и хороша собой, но любовь в их постели не ночевала. А Красницкий ее по случаю урвал, на банкете, куда она сниматься ходила. Девчонка она красивая и – что для этого урода важнее всего – доступная. Такую и подчинить себе не трудно, и даже поработить… В общем, для Спартака ситуация с ней классическая: баба с возу – кобыле легче. Никаких сожалений на этот счет.

– За что боролась, на то и напоролась, – презрительно усмехнулся Костя. – Варвара жизнь свою хочет устроить, причем с ходу, потому и липнет к богатеньким. И на сцену рвется. А Красницкий помочь ей может… Но не поможет. Он ее в черном теле держать будет, ему это в кайф…

– Не про нее разговор, – свернул с темы Спартак.

Даже если бы Юля и слышала их, все равно бы не поняла, о чем идет речь. Но лучше перевести разговор.

– О Кате думать надо…

– А я бы Варвару пробил, – в раздумье сказал Костя.

– В каком смысле? – насмешливо повел бровью Спартак.

– В смысле, через нее на Красницкого можно выйти…

– Она не живет на Покрышкина, – покачал головой Гобой. – Она с Красницким сейчас. А если вернется на Покрышкина, значит, с ним все кончено. Если вернется…

– А университет? Она в университете учится, на юридическом. Не думаю, что она учебу забросила…

– Может, и не забрасывала, но сейчас точно забросит. Красницкий не дурак, он мосты к ней сломает. Запрет на хате, и будет она там куковать. В ошейнике и на цепи…

– Эти хаты – слабое звено Красницкого, – сказал Костя. – Я не знаю, какая у него охрана, но не думаю, что плохая…

– Неплохая, – согласился Гобой. – С десяток телохранителей, выезд из трех машин. «Мерс» бронированный, все чин по чину. Это раньше было. А сейчас он наверняка усилит охрану…

– Но на хату к своей любовнице он весь этот эскорт не потянет.

– Эту хату еще нужно найти. Вернее, эти хаты…

– Я одну знаю. В Сокольниках. Сквалыгин сказал…

– Сквалыгина за жабры надо брать, – перебил Костю Спартак. – Через него на Катю можно выйти.

– Можно. Только я думаю, он квартиру сменил…

– А если нет?

– Надо ехать, – кивнул Костя. – Ты, Спартак, меня отпусти, я съезжу…

– Без тебя справятся, – мотнул головой Мартын.

И в тот же час отправил своих людей по адресу, который назвал Костя.

– И в Сокольники людей послать надо, – предложил Спартак. – На этой хате Катю держали. Может, она и сейчас там…

– Вряд ли. Но все может быть…

Мартын собрался отправить людей и в Сокольники, но Костя заупрямился:

– Тут осторожно надо. Тихой сапой узнать, что да как. А твои гоблины шум поднимут. Если хата пустая, то Красницкий туда больше не сунется. А если тихо все сделать, глядишь, и заедет… Мне эту хату отдайте, я за ней смотреть буду.

– Можно и без шума все сделать, – сказал Гобой. – Вычислим окна, поставим под них машину, маркер поставим, лазером звук снимем. А там уже ясно будет, есть кто в квартире или нет…

– Давай организуй своего спеца, – распорядился Спартак. – Чтобы с техникой, все такое… И Костя с ним поедет. И штрафников пусть возьмет, которые Катю упустили… В общем, давайте, действуйте!

Спартак и сам хотел ехать в Сокольники – вдруг Катя там? Но чутье да и логика подсказывали, что ее там нет.

Он остался дома, в ожидании новостей. Сначала ему сообщили, что Сквалыгин съехал с квартиры. Затем он узнал, что пустует и квартира в Сокольниках. А потом к нему нагрянули с визитом рубоповцы.

* * *

Подполковник Бережков пытался произвести впечатление. Хмурил брови, сжимал губы, двигал желваками. Серьезный на вид мужик, основательный снаружи, крепкий изнутри, но Спартак ничуть не напрягался, глядя на него. Он в законе, тюрьмы не боится, а ничем другим этот мент взять его не мог.

– Саврасков? Не знаю такого, – в ответ на вопрос качнул головой Спартак.

– Ну как же не знаете? Алексей Аркадьевич – знакомый вашей сестры. Я бы даже сказал, хороший знакомый…

– Моя сестра крутится в мире шоу-бизнеса, у нее много знакомых. Я за всеми не слежу…

Рубоповцы подъехали в сопровождении спецназа. Собровцы, правда, свой микроавтобус не покидали, но могли бы это сделать, если бы Спартак послал ментов на три буквы. Но он не стал доводить дело до греха и встретился с рубоповцами в кафе, что находилось у контрольно-пропускного пункта. Мартына с собой взял и Гобоя. И подполковник Бережков не один, майор с ним какой-то и капитан.

– И даже не знаете, что Екатерина Евгеньевна пропала?

– Разве?

– Слушай, Никонов, ты дурака тут не валяй, не надо. Ты человек серьезный, но и мы не просто так. И можем доставить тебе массу неприятностей. Зачем тебе это?

– Не знаю никакого Савраскова, – стоял на своем Спартак.

– Ну, ты упертый, Никонов, – все больше раздражался подполковник. – С тобой по-человечески – не понимаешь… Хочешь, чтобы наш разговор состоялся в управлении? Хорошо, я организую.

– Буду ждать.

Спартак поставил руки на стол так, будто собрался подниматься.

– Да что ты за человек такой, Никонов? У тебя сестра пропала, а ты понты тут колотишь!