Железные нервы снайпера - Максим Шахов

– Не вода, – помахал головой майор. – Это взрывчатка. По ней у нас и ориентировка сегодня проходила…

Начальник ГОВД швырнул сигарету в угол и взялся за телефон:

– Я звоню министру!

Главный милиционер Алапаевска с трубкой у уха отошел в угол. Мэр с заместителем губернатора мрачно переглянулись. Равикович же вдруг спросил:

– Во сколько точно они выдвинули условия?

– Я н-не засек время, – тряхнул головой майор. – Но где-то минут семь-десять назад.

– Понятно! – сказал Равикович, посмотрев на свой шикарный швейцарский хронометр. Потом олигарх быстро вытащил телефон, позвонил и сказал: —Егорыч, ты мне нужен! И скажи, пусть срочно найдут представителя страховой фирмы… Жду!

– Значит, полковник, ты думаешь, что Равикович передаст чеченцам фальшивые драгоценности? – спросил замдиректора ФСБ.

– Думаю, да. А настоящие прихватит с собой за кордон на лечение! Ведь если ему выдвинут в России обвинения, то на все активы наложат арест! А с брюликами на несколько десятков миллионов долларов ему на все эти аресты будет наплевать с высокой колокольни…

– Черт! Это похоже на правду! Так… Твои соображения, полковник? Ты предлагаешь схватить Равиковича за руку?

– Нет… Сейчас это ничего не даст, да и люди-то в лапах террористов, а те выдвинули ультиматум…

– Это понятно! Что ты предлагаешь конкретно?..

– Пусть все идет как идет, товарищ генерал! По плану Равиковича!.. И террористов…

– Что значит, черт побери, по плану террористов?!

– Я имею в виду, – быстро объяснил Виктор, – что они даже не догадываются, что «Альфа» уже в городе. Вот пусть и ломают свою комедию с получением драгоценностей! А мы тем временем попытаемся просочиться в театр!

– Как?..

– Еще не знаю. По каким-нибудь коммуникациям, товарищ генерал! Главное, что у нас есть фора! И мы просто обязаны ее использовать, потому что это наш единственный шанс застигнуть террористов врасплох!

– Хорошо, полковник… – после паузы проговорил замдиректора ФСБ. – Действуй! Какая тебе конкретная помощь нужна?

– Да пока сам справлюсь… Главное, чтобы местные власти не особо ставили палки в колеса Равиковичу. А милиция пусть ему подыгрывает. Когда будет нужно, я свяжусь с их начальством!

– Миша, ты что задумал?.. – подозрительно спросил заместитель губернатора.

– А что я еще могу задумать… – картинно развел руками Равикович и развернулся к двери, ведущей в выставочный зал.

– Стой, Миша! Не делай глупостей!

– Что такое?.. – встревоженно спросил из угла начальник ГОВД.

– Михаил Андреевич, кажется, собрался выполнить требование террористов! – быстро оглянулся заместитель губернатора.

– Какие требования?.. – спросил главный милиционер области.

– Я отдам им гарнитур, – спокойно сказал Равикович, направляясь к двери.

– Ты не имеешь права! Такие вещи можно делать только… с санкции! – дернул головой заместитель губернатора. – И вообще: для переговоров с террористами есть специальные органы! А тебя никто не уполномочивал!

– Я хочу спасти жизнь людям. А для этого никаких полномочий не нужно…

– Миша, твою мать!

– Я просто оттяну время и попытаюсь договориться, чтобы террористы выпустили хотя бы часть заложников… Другого выхода нет, они скоро начнут расстреливать людей!

Логинов подошел к одному из тревожно переговаривающихся у «Пассажа» чиновников и тронул его за локоть:

– Прошу прощения, вы заместитель мэра?

– Да!..

– Вас можно на секунду?

– А в чем дело?

– ФСБ! – одними губами сказал Виктор. – Управление по борьбе с терроризмом. Нам срочно нужна ваша помощь…

В сопровождении телохранителей и Саблевича Равикович поднялся по лестнице в выставочный зал. Саблевич быстро подошел к распорядителю, и тот вскоре громко объявил:

– Мы приносим свои извинения, дамы и господа, но по техническим причинам экспозиция временно приостанавливает свою работу! Большая просьба как можно скорее покинуть зал!

Пару минут спустя в помещении остались только охранники, распорядитель и Равикович со своей свитой. Из всех съемочных групп не удалили только «Откровенный разговор». Лана Заклунная что-то быстро шептала Алле Радостиной. Та автоматически кивала, но при этом неотрывно смотрела на Равиковича большими глазами.

Олигарх нервно посмотрел на часы и оглянулся:

– Где, черт побери, представитель страховщиков?

В этот момент дверь открылась, и в зал заскочил пожилой мужчина в безупречном костюме. Он растерянно посмотрел на Равиковича и торопливо направился к нему. Алла Радостина повернулась к оператору и начала было подавать ему знаки. Однако тот был профессионалом с отменным нюхом и сам прекрасно понимал, что такие вот кадры способны сделать простого ремесленника знаменитостью мирового масштаба. Оператор очень ловко ввинтился в толпу приближенных олигарха, и камера заработала раньше, чем заговорил страховщик.

– Мое почтение, господин Равикович! Что-то случилось?

– Увы, господин Вулворт! – протянул руку Равикович. – Я вынужден расторгнуть договор страхования с вашей компанией немедленно! Прошу это считать официальным заявлением, поскольку на подписание бумаг нет времени…

– Вы чем-то недовольны? Но тогда мы можем провести переговоры и согласовать позиции…

– Простите, господин Вулворт, но никаких переговоров не будет! Террористы захватили несколько сотен людей! Если через тринадцать, точнее, уже двенадцать минут они не получат драгоценностей, начнется расстрел заложников…

– О! Как?.. – вскрикнул представитель страховщика, но Равикович уже не обращал на него внимания.

Он направился к сотрудникам охранной фирмы, топтавшимся у стенда. На ходу Равикович проговорил:

– Вы все слышали, ребята! Отключайте сигнализацию! Если надо что-то подписать, давайте в темпе! Мы уже и так опаздываем!

Мэрия, к счастью, располагалась буквально в двух шагах от «Пассажа», даже ехать не пришлось. Шедший впереди заместитель мэра толкнул дверь с надписью «Главный архитектор». В кабинете сидело несколько человек. Заместитель мэра кивком поздоровался и сказал:

– Иван Тимофеич, мне нужно срочно с тобой поговорить… наедине!

Сидевшие за приставным столом сотрудники начали отодвигать стулья. Когда они вышли, заместитель мэра кивнул: