Сирийский эшафот - Александр Тамоников

«И в моей первой школе в младших и средних классах случались похожие инциденты, – сквозь сон подумал Андреев. – Да… не повезло нам с Женькой с учителями…»

– …Дальше нервотрепка для родителей, угрозы педсоветом и прочие глупости, – продолжал тот. – Я много чего могу вспомнить «прекрасного» из своих школьных лет. Никогда потом такого не было – ни в серьезном спорте, ни в институте, ни в армейской службе.

– Ты, видать, потому и свалил в армию, чтобы педагогом не стать? – с иронией поинтересовался прапорщик.

– И поэтому в том числе. Знаешь, Валера, что я тебе скажу? В педагоги вообще идут не по призванию, а лишь по той причине, что пединститут – вуз, куда проще всего поступить. Кто туда идет? Девочки из сельских школ с не шибко сильными знаниями, и еще потому, что учитель в их местности – уважаемый человек. Это на подкорке у всех сельчан прошито. Генетическая память с позапрошлого века, когда деревня поголовно была безграмотна, кроме трех человек: попа, фельдшера и учителя.

– Согласен, было такое дело. И кто ж еще поступает в твой институт?

– На факультет физического воспитания идут спортсмены вроде меня. Единственный сильный факультет – иняз. Там действительно требуется знать языки.

– А пошто тебя та училка невзлюбила?

– Она русский и литературу преподавала, а грамотно выражать мысли не умела. И ошибки орфографические на доске делала. Я однажды ее поправил, а она с издевкой: «Ты еще словарь на урок принеси». Я принес, открыл нужную страницу и показал правильное написание того слова. Она заткнулась, но затаила злобу и при каждом удобном случае гнобила. В общем, рисунок тот я сохранил на память, чтобы показать его своим будущим детям. Показать и объяснить, что современные педагоги не могут быть для них абсолютными авторитетами. А современная школа – это только то, через что мы все просто вынуждены проходить.

– А что же сталось с той училкой?

– А чего ей сделается, если они там все такие были? Надеюсь, ее мучили кошмары, и она кармически расплатилась за крушение моих детских идеалов…

«Увы, вынужден полностью согласиться с Женькой, – проплыла последняя мысль, прежде чем Павел погрузился в сон. – Я, пожалуй, припомню лишь одного педагога от бога – учителя физики Слободу. Строгий был, но справедливый и невероятно образованный человек. Я и физику до сих пор помню только благодаря его педагогическому таланту…»

Утром группу не разбудили. Открыв глаза, Андреев сразу сощурился от яркого солнца, светившего в щель между оконных штор.

Нащупав на прикроватной тумбочке часы, он глянул на циферблат.

– Ого, половина десятого! – принял он сидячее положение. – Никто не побеспокоил. Никто не пригласил на завтрак. Что происходит?..

Друзья мирно посапывали на соседних кроватях. Сон – это как раз тот редкий случай, когда между ними не происходило словесных баталий, и вокруг царила заповедная тишина.

Прихватив полотенце и пакет с туалетными принадлежностями, Павел пошел в конец коридора, где имелись две душевые комнаты…

Спустя полчаса три снайпера, одетые в чистую камуфляжную форму, спустились по ступенькам крыльца гостевого модуля и направились в сторону столовой. Голод после вчерашнего застолья не мучил. Хотелось повидать кого-нибудь из начальства и расспросить о возвращении домой.

Столовая пустовала. Тети Даши поблизости не было, и поваров с официантками никто не гонял. Занят был лишь столик, за которым питались дежурные и дневальные. Да еще одна одинокая мужская фигура скучала за столиком у дальнего края палатки.

– Привет, Миша! – поздоровался Павел, присаживаясь рядом. – Как здоровье?

– Да вот, поправляю, – улыбнулся тот, потягивая из стакана крепкий чай. – Что-то ничего, кроме жидкости, не лезет.

– На-ка, глотни, – протянул прапорщик свою заветную фляжку.

– Думаешь, поможет?

– Не думаю – знаю.

Подполковник плеснул из фляжки в стакан, где еще оставалось немного чая, резко выдохнул и залпом опрокинул в себя «коктейль».

Подошедшая официантка с сожалением поведала, что завтрак закончился полчаса назад и припозднившимся гостям она может предложить лишь вареную курицу без гарнира, хлеб и тот же чай.

– Несите, – согласился Павел. И перевел взгляд на Суслова: – Кстати, Миша, ты ничего не слышал о нашем рейсе на Москву?

– Слышал, – кивнул он.

– Так выкладывай! Когда собираться?

– Думаю, не скоро. Звонил ваш шеф – полковник Подгорный – и велел вам оставаться на базе. Так что пока никакого рейса не ожидается.

– Шикарный розыгрыш! – присвистнул Суров. – Прям десять баллов из пяти!

– А чего нам тут делать-то? – дважды хлопнул ресницами прапорщик.

Вновь появившаяся официантка сгрузила с подноса три тарелки с курицей, тарелку с хлебом и три стакана чая.

Дождавшись ее ухода, подполковник тихо сказал:

– Кажется, московское начальство намерено подкинуть вам очередную работенку.

Андрееву страсть как хотелось разродиться парой этажей мата, но он тихо и с тоской в голосе спросил:

– Какую еще работенку?

– Этого я не знаю. Велено обеспечить вам хороший отдых и пару дней не беспокоить. Поэтому вас утром и будить не стали.

– Спасибо, благодетели. Еще пожрать бы принесли – так мы вообще ощутили бы себя в правительственном санатории.

– Это мы легко устроим, – криво улыбнулся Суслов. – Вечером доставим в комнату отдыха ужин под водочку, утром – туда же завтрак с крепким кофе.

– О задаче Подгорный ничего не сказал?

– Ничего. Ты же знаешь его лучше меня – будет молчать до последнего, а за пять минут огорошит.

– Это точно…

Михаил терпеливо ждал, пока помрачневшие снайперы без аппетита жевали курицу и запивали ее чаем. По-человечески ему было жаль ребят. Они прилетели сюда, имея строго определенную задачу. Качественно и без потерь ее выполнили, а вместо заслуженного отдыха на родине – неизвестность и томление в ожидании следующего приказа.

Внезапно ему в голову пришла идея.

– Парни, а хотите, я устрою вам баньку?! – предложил он. – С жарким парком, с веничками, с хорошим кваском?

– А что? – пожал плечами прапорщик, вставая из-за стола. – Я никогда не откажусь от русской бани.

– Да и я с удовольствием кости погрею, – поддержал старлей.

– Согласны, – подытожил Павел. – Во сколько подойти?

– Давайте к пяти. Пару часиков расслабиться нам хватит?

– Вполне.

– Вот и отлично. А после баньки сразу организуем ужин в вашем модуле.

– С водочкой?

– Ну, а как же без нее?! – хохотнул Суслов. – Баня без водки, что война без бранного словца…