Прыжок тигра - Кирилл Казанцев

– Так, сколько вас? – От звука визгливого, с надрывом голоса он даже вздрогнул. Префект застриг ушами и присел на задние ноги. Максим толкнул его пятками в бока, заставил двигаться вперед, но сам едва усидел на месте, когда увидел обладательницу этого голоса. Сначала ему показалось, что это Боброва – настолько похожи были обе тетки. Подбородок ниспадает на грудь и плавно переходит в колени, жирная коротконогая тушка прикрыта пестрым балахоном, щелки-глазки, железобетонный начес из редких бесцветных волосиков на голове и вмурованные в него темные очки. В голосе слышны повелительно-истеричные «педагогические» интонации плюс стервозность безмозглой одинокой бабы, умноженная на чувство собственной безнаказанности и пусть крохотной, но власти над людьми. Но, приглядевшись, Максим нашел несколько отличий – у местной директрисы одним подбородком больше, чем у Бобровой, а цацек на пальцах и шее поменьше. Зато свои безразмерные одежки они явно покупали в одной лавке.

– Туда, туда проезжайте, не надо здесь стоять. – От крика Префект заложил уши и проржал коротко.

– Тихо ты. Чего испугался? Бывают монстры и похлеще, – пробормотал Максим и отъехал к дальнему подъезду серого корпуса. Он бросил стремя, спрыгнул на дорожку, осмотрелся украдкой и обернулся назад. Ворота уже успели закрыть, и перед корпусом начиналось веселье. Детишки поменьше накинулись на пони, один, самый смелый, уже вцепился обеими ручонками в пышную гриву и покачивался в седле. Мимо проехали обе полные повозки, колокольчик под дугой звенел, подковы звонко цокали по асфальту. Максим чувствовал себя скоморохом на ярмарке, не хватало только картуза с цветком и балалайки. Крики и радостные вопли оглушали, он щурился, высматривая в толпе детей Ваську. Но ее не было, двери хлопали, в корпус и обратно сновали сотрудники детдома и сами дети. А вокруг уже начался цирк с конями в чистом виде. Лошадей кормили чем попало – сушками, печеньем, огурцами. Мимо прошла Наталья с «подарком» в поводу, на спине вороного сокровища восседали сразу две девчонки.

«Где она?» – Беспокойство человека передалось лошади. Префект заволновался, снова заложил уши и попытался опустить голову.

– Да стой, не дергайся, – прошипел на него Максим.

Так, а вы что стоите? Маша, Маша, иди сюда! – Это подкатился клон Бобровой. Он тащил за руку девочку лет шести в розовом спортивном костюме, с ног Маши постоянно спадали сандалии.

– Вот, прокатите-ка ее, – распорядилась директор. Максим подхватил девочку на руки, посадил ее в седло и двинулся вперед, Префект затопал следом. Они благополучно обошли корпус, Максим попытался поговорить с Машей, но ни на один свой вопрос ответа не получил. Девочка обеими руками вцепилась в гриву и почти лежала на спине лошади. Максим обернулся еще раз и увидел, что глаза ребенка плотно закрыты.

– Боишься? – шепотом спросил он. – Тебе что, страшно?

Маша быстро-быстро, не открывая глаз, закивала в ответ. Максим подхватил ее под мышки и поставил на землю.

– Что ж ты сразу не сказала? – Но Маша так и не ответила. Она молча бросилась к входной двери, с трудом открыла ее и исчезла в здании.

Максим развернулся и вместе с Префектом вернулся обратно. Но «Боброва» не дремала, она тут же нашла Максиму нового седока, пацана лет девяти. Тот от страха не трясся, сидел ровно и все пытался отобрать у Максима поводья. Но ничего не получил и спешился в расстроенных чувствах. Потом была еще одна девочка, она оказалась разговорчивой. Максим даже повез ее на второй круг, и уже решился спросить про Ваську, когда на него налетела одна из сотрудниц детдома – растрепанная полноватая тетка в халате и домашних тапках.

– Воронина, слезай, тут очередь, – распорядилась она и потащила девочку с седла.

– Вы поосторожней, – остановил ее Максим, – не надо делать резких движений. Лошадь может испугаться и укусить вас. Или ударить задом.

Тетку словно ветром сдуло, она продолжала командовать, но близко уже не подходила. Зато организовала очередь из желающих прокатиться, и Максим с Префектом в поводу нарезали круги вокруг здания. Максим успел рассмотреть все – окна, двери, расположение пожарных лестниц, камер наблюдения и сигнализацию на окнах. Он уже знал, где находятся спальни, где кухня, где кабинеты директора и врача. О большем он и не мечтал, запомнить и «сфотографировать» удалось все, кроме главного – Васька так и не появилась. Максим не видел ее нигде, он уже не раз и не два «просканировал» толпу детей взглядом, но все без толку. На спину Префекта уселся очередной всадник, и Максим покорно потащился в рейс. Попутно осмотрел внутреннюю часть ограды, забор, кусты, деревья, заросшую подорожником кучу песка на углу «периметра». Так, а здесь, похоже, можно пройти – камеры смотрят в другую сторону, опора освещения только одна, есть шанс… Максим повернул за угол, прошел мимо ворот и посмотрел влево. Ага, тот участок забора из машины не просматривается, да и губернаторские посланцы себе такой задачи и не ставили. Их дело за воротами следить, хотя странно, конечно. Кто им вводную давал, интересно…

Максим с Префектом сделали полный круг, остановились и сдали очередного пассажира на руки воспитателю. За спиной Максим услышал голоса, кто-то вскрикнул негромко, но звук тут же потонул в общем гуле. Осторожно и очень медленно Максим повернул голову и тут же отвернулся – на крыльце стояла Васька. Ее, видимо, кто-то толкнул, она ударилась о перила, и оказалась в стороне от общего веселья, потирала ушибленную руку и не сводила взгляд с озверевшего от детских эмоций Префекта. Жеребец уже ясно давал понять, что ему надоело это веселье, он задирал голову, пытался идти боком и глухо ржал.

– Все, пока все, – остановил воспитателя Максим, – ему надо отдохнуть.

– Еще чего – чтобы лошадь отдыхала! Тебе говорят катай, значит, катай! За это все деньги плачены! – возмутилась воспиталка и потащила из толпы очередную жертву.

«Твои, что ли деньги?» – едва не огрызнулся Максим, но смолчал. Зато Префект выразил свое возмущение коротко и ясно – прижал уши к голове, заржал звонко и ударил задом. Тетку мигом унесло на безопасное расстояние, дети кинулись за ней следом. Она проорала что-то для острастки и мигом пристроила своих подопечных в другую очередь.

– Молодец, – Максим огладил Префекта по шее, вытащил из кармана ветровки запасное яблоко и скормил его лошади. От этого настроение жеребца немного улучшилось. Максим натянул козырек бейсболки на нос и оглянулся еще раз. Васька так и стояла на крыльце, ее снова толкнули, она поморщилась, что-то сказала коротко и отвернулась. «Выросла-то как, Ленка ее не узнает», – это было первое, что пришло ему в голову. В самом деле, с прошлого лета вытянулась Васька заметно, стала выше на целую голову, если не больше. И издалека похожа на кузнечика – руки-ноги длинные, двигается рывками, словно боится чего-то. Да еще и сутулится, стесняется своего роста, глупая, и кутается от ветра в нелепую серую кофту с длинными рукавами, надетую поверх синих джинсов. А глазищи стали еще больше – Максим отвернулся, погладил Префекта по храпу. Так, день прожит не зря, она здесь, жива и здорова, задача выполнена, можно уходить. Чтобы вернуться сюда денька через два-три…