Голова на вес золота - Альберт Байкалов

– Странная логика, – прошептал Парсек с таким расчетом, чтобы Джамиль услышал его.

– Ничего странного. – Араб провел по подбородку рукой, словно пригладил несуществующую бороду. – Я уже перестал удивляться американцам. Они сначала нам помогают, потом бомбят. С ними опасно иметь дела. Думаешь, мне нравится, что у нас война? А ведь это они ее устроили. Нам теперь просто некуда деться. Мы как… – Он щелкнул пальцами, подбирая подходящую формулировку, просветлел лицом и выпалил: – Поезд, который несется с горы.

– Под откос, – добавил Парсек. – Все-таки ты так и не объяснил, зачем нам доказывать, что мы из России?

– Если мне удастся найти того, кого вы ищете, то я уже буду выступать как человек, который отвечает за встречу, – объяснил Джамиль. – А насчет брата я знал.

– Вот как? – проговорил Парсек, невольно вспомнив, как они с Гаером сбросили трупы в колодец.

– Ничего удивительного тут нет, – с тоской проговорил Джамиль. – Мой брат не мог просто взять и пропасть. Он регулярно звонил мне и сообщал, что все в порядке. Тот день, когда Аслан не вышел на связь, я стал считать датой его гибели.

– Понятно.

– Погоди! – Джамиль подался вперед. – Ты сказал, будто вы убили американцев, которые были рядом с телом моего брата.

– Так и есть, – подтвердил Парсек, не понимая, чего Джамиль хочет.

– Значит, ты знаешь, где это случилось? – допытывался Джамиль. – Можешь показать?

– Зачем? – опешил Парсек.

– Как ты не понимаешь?! – изумился Джамиль. – У него нет могилы!

– Место узнать трудно, – соврал Парсек. – Практически невозможно. Весь город в руинах. Одни развалины похожи на другие. Там нет названий улиц. Как теперь искать этот дом? К тому же вокруг живут люди. Они наверняка похоронили твоего брата.

Некоторое время Джамиль сидел, погруженный в раздумья. Гаер начал с тревогой поглядывать на Парсека. Разговор затянулся.

– Хорошо, – наконец проговорил Джамиль. – Я постараюсь вам помочь. Но имей в виду, за работу возьму комиссию.

«Вот же наглец, – подумал Парсек. – Наверняка ты и есть тот самый Салават».

Стук двери вырвал Клима из сна, похожего на бред, и поднял с грязного матраца. Залия уже стояла у стены, понуро опустив голову.

– Как спалось? – спросил Джамиль, наблюдая за тем, как Клим тер грязными кулаками глаза.

– Как в аду, – пробурчал пленник.

– Ты еще даже на его пороге не был, – насмешливо сказал Джамиль. – У тебя рай. Даже женщина есть.

Размышляя, что ответить на это, Клим встал с матраца и принялся двигать руками и ногами, чтобы разогнать боль, скопившуюся в мышцах от долгого нахождения в одном положении. Однако голова после сна соображала плохо, и он решил оставить реплику изувера без внимания.

– Сейчас вы снова идете мыться, – объявил Джамиль. – Тебе дадут чистую одежду.

– Второй день как в сказке, – с сарказмом восхитился Клим. – Никак мои новые работодатели появились?

– Угадал, – подтвердил Джамиль, перевел взгляд на Залию и стал что-то говорить на непонятном Климу языке.

Молодая женщина преобразилась. Она побледнела, осунулась, плечи опустились. Залия постарела на глазах.

– Что ты ей сказал? – заволновался Клим.

– Я сказал, что ты больше не нуждаешься в ее услугах, и теперь она отправится вслед за своими родственниками.

Клим растерялся, неожиданно осознал, что видит Залию последний раз. Судя по всему, она не доживет до следующего утра.

– Как?.. – с возмущением спросил он.

– Просто. – Джамиль улыбнулся одними губами. – После неверного с ней не станут жить наши боевики. Раз она никому не нужна, то должна умереть.

– Что? – взвыл не своим голосом Клим и бросился на ненавистного ему араба.

Он не понял, откуда взялись силы. Клим в два прыжка оказался рядом с Джамилем, вцепился ему в лицо руками и повалил на пол.

В следующий момент в комнату ворвались охранники. Они подхватили Клима под руки и в два счета поставили на ноги. Он не успел перевести дыхание, как в голове будто бы лопнула толстая струна. Ослепительная вспышка разорвала сознание на мелкие осколки, которые брызгами разлетелись в разные стороны.

В себя Клим пришел на полу. Он лежал, раскинув руки, и смотрел в грязный потолок.

– Я никуда без нее не поеду! – проговорил он и попытался сесть.

Но резкая боль в боку опрокинула его обратно.

Клим медленно лег на живот, с трудом встал на четвереньки. Он огляделся по сторонам и вдруг понял, что в комнате, кроме него, никого нет, а двери закрыты. Более того, прямоугольник света, попадавший через оконце на стену, переполз в угол и потускнел.

«Неужели я так долго был без сознания?» – с ужасом подумал он и сел.

– Залия! – зачем-то позвал Клим, потом запрокинул голову и завыл.

Раздался грохот, и двери открылись. На пороге появился парень, вооруженный автоматом. Он стал что-то говорить и стучать себя пальцем по голове. Этот боевик был одного с Климом роста и комплекции. Как все его сверстники, страдающие от юношеского максимализма, парень старался смотреть надменно, с неприкрытой ненавистью.

«Мир сошел с ума! – констатировал Клим. – Это же совсем еще пацан. Наверняка и восемнадцати нет, а все туда же!»

От осознания того, что его караулит желторотый юнец, Клима даже затрясло.

– Пошел ты!.. – Он отправил араба по конкретному адресу и для верности показал ему выпрямленный средний палец.

Жест произвел впечатление. Боевик посмотрел в коридор и шагнул через порог.

– Ух ты, гад! – прошипел Клим.

Пленник, переполненный ненавистью, не сводя взгляда с араба, поднялся на ноги, напрочь забыв про боль.

Охранник снял с плеча ремень и размахнулся автоматом.

Клим заорал, нагнулся и бросился вперед. Он столкнулся с арабом, обхватил его за живот, и они полетели к дверям. Боевик не ожидал от пленника такой прыти, выронил автомат и рухнул на спину.

Клим прижимался к нему головой и при падении крепко ударился лбом об пол. Из глаз его полетели искры. Он на какое-то время потерял контроль над собой. Когда Клим все-таки взял себя в руки, то обнаружил, что боевик, которого он продолжал обнимать, лежит без движений. Он ударился затылком и потерял сознание.

Надо было торопиться. Клим с трудом освободил руки, придавленные телом парня, и сел. По лицу со лба потекло что-то горячее. Он тронул бровь рукой и поднес к глазам. Пальцы оказались в крови.

– Чего же это я? – прошептал Клим, однако не мог пошевелиться из-за навалившейся усталости.

На последний рывок ушли все его силы. Но нельзя было сидеть и ждать, когда бандит придет в себя окончательно.