Команда. Гвардия президента - Максим Шахов

Вид жестоко избитого журналиста, видимо, вполне удовлетворил главаря. Он прошел в глубь каюты и брезгливо опустился на кровать, рядом с головой Талеева. Потом несильно пнул его ногой в живот и резко спросил по-английски:

– С каким заданием ты приехал на Шпицберген?

– Это… мой… творческий… отпуск… – Журналист отвечал медленно, с одышкой, как сильно пострадавший человек. – Я… снимаю… видовой… фильм…

Главарь не дал ему договорить. Он схватил Талеева за волосы и резко тряхнул его голову вверх:

– Посмотри внимательно на моих друзей! Они не верят ни единому твоему слову и просто жаждут продолжить ваше тесное общение. Думаю, через пять минут ты будешь готов рассказать все, но вряд ли уже сможешь. А мои друзья займутся вплотную твоей очаровательной напарницей!

– Не надо… никого… мучить! Я… честно… отвечу… на все ваши вопросы. Дайте… мне воды!

Бандит внимательно вгляделся в окровавленное лицо своей жертвы и кивнул подручным:

– Дайте воду!

Мозг Талеева работал четко и быстро. Его организм не получил никаких серьезных повреждений, а лоскут кожи, содранный с головы ботинком боевика, прекрасно сымитировал глубокое повреждение. «Сам захочешь так сделать, ни за что не получится! Вот ты и сделал свой первый ход, Салах. Я разочарован: грубый «наезд», абсолютно не оправданный логически. Ведь если я действительно тот, о ком ты думаешь и иду по твоему следу, неужели «расколюсь»? А если нет, как же негуманно ты обращаешься с творческой знаменитостью! Бармалей какой-то. А ведь тебе этого сейчас вовсе не нужно. И получается, что ты элементарно боишься и хочешь быть уверен, что мы – безобидные работники «пера и камеры» – просто так, случайно, на Остров пописать заехали. Сейчас я выдам тебе этой уверенности с лихвой. Заслушаешься! Галчонка только надо поберечь…»

Но «выдавать» пришлось абсолютно другое.

В тот момент, когда один из бандитов доставал бутылку минеральной воды из бара-холодильника, в каюте мигнул свет. Чего не бывает на огромном корабле, несмотря на всякие стабилизаторы напряжения, коммутирующие автоматы и резервные линии! Даже последовавшие за первым еще два коротких мигания никак не насторожили террористов, и лишь следующее, чуть более продолжительное, вызвало вспышку раздражения у главаря: он неразборчиво выругался сквозь зубы и вытащил из кармана комбинезона мобильный телефон.

Правая нога Талеева взметнулась вверх и нанесла два удара. Первый, несильный, на разгибе коленного сустава, пришелся по кисти главаря и выбил телефон из его ладони. Второй, уже с полной амплитудой, завершился точно в задуманном месте – под подбородком противника. Так ударить можно было только из неудобного полусидячего положения, в котором находился журналист. Тело бандита еще продолжало заваливаться на спину, а Гера уже резко оттолкнулся плечом от деревянного бока кровати и кинулся в ноги второму террористу. Расстояние в два метра теоретически позволяло противнику среагировать на атаку, молниеносно выхватив оружие, или по крайней мере отступить с линии нападения. Но его правая рука оказалась занята бутылкой минеральной воды. Пока этот досадный факт дошел до сознания бандита, куда-либо отступать было уже поздно: сцепленные в замок руки Талеева сильным ударом в область лодыжек просто подкосили террориста. Его лишенное опоры тело, еще не успев достичь палубы, столкнулось со стремительно летящим вперед журналистом. Последствия контакта оказались для бандита катастрофическими: отброшенный назад, он головой вошел в тесное соприкосновение с верхней панелью холодильника, которая, как и положено в шикарном семизвездочном сервисе, была изготовлена из цельной плиты серо-голубого мрамора. Расколоться на куски, как спелый арбуз, голове террориста не дала разве что шерстяная шапочка-маска.

Теперь Гера позволил себе обернуться, чтобы установить источник низкого воя, внезапно возникшего в дальнем углу каюты и грозящего на инфразвуке повредить его чувствительные барабанные перепонки. Одного взгляда оказалось достаточно: третий бандит, только что угрожавший девушке пистолетом, продолжал стоять на том же месте, но из боевых действий был выведен оч-ч-чень надолго. Свой коварный и жестокий удар Галя нанесла хоть и голой пяткой, но вложила в него всю ярость оскорбленной девичьей души: мало того что невежливо тыкали «пушкой» прямо ей в лицо, так еще и подняли руку на ее любимого мужчину! Длинное дуло пистолета с глушителем она легко отклонила молниеносным взмахом ладони, одновременно откинув назад голову и верхнюю половину туловища, что до предела увеличило амплитуду движения бьющей ноги.

На мгновение представив, что сейчас происходит у террориста в том самом месте спереди, откуда ноги растут, Талеев почувствовал космическую пустоту где-то внизу собственного живота и холодное покалывание тысяч мурашек по всему телу. «Тьфу, мужская анатомическая солидарность!» Он перевел взгляд на бандита, стоявшего у входа в каюту, но успел зафиксировать лишь движение переборочной двери, закрывающейся за мелькнувшим темным силуэтом. Зато в наступившей тишине его ухо безошибочно уловило сзади несколько негромких хлопков, слившихся в дробную очередь. На двери образовались четыре аккуратные дырочки в виде ромба, а из коридора донесся звук упавшего тела.

Ну, Гюльчатай! Мало того что успела не просто отвести в сторону, а перехватить пистолет террориста, так еще и попутно успокоила его рукояткой по голове – откуда и тишина в каюте – и только потом, как в тире, сквозь дверь уложила последнего бандита. «А ведь я бы, наверно, так уже не смог! Старею…»

– Зачем ты позволил себя избивать? – Голос девушки был полон возмущения. – Я тоже следила за временем: наши вот-вот должны были появиться. Можно было начинать и свою войну!

– Кровожадненькая ты моя! Во-первых, спасибо. – Талеев кивнул на оглушенного террориста. – Во-вторых, нам нужны сейчас не ожидания и предположения, а безусловная уверенность в уже свершившемся факте.

– Я правильно поняла, что мигание света было условным сигналом от наших, да?

– Даже могу сказать конкретно, что лично от Сергея Редина. Он же спец по таким делам. Свет-то не просто так мигал. Правда, ты, моя скорострельная, могла и не заметить нюансов, занятая сложной процедурой безоперационной кастрации того несчастного индивида.

– А вот и заметила! – с гордостью сообщила девушка. – Три мигания – это три точки по системе Морзе. Буква S! Первая буква всем известного сигнала бедствия SOS…

– Ход мыслей правильный, а вывод… Что же тогда за последующее длительное мигание, а? Это буква Т. Группа ST в системе Q-кодов – «внимание»!

Талеев осмотрел каюту:

– Ты пока надежно «упакуй» этих двоих. Не жалей скотча. – Он шагнул к выходу. – Я вернусь через пару минут.

Появился он, волоча тело бандита, застреленного Галиной через дверь, и опустил его на палубу рядом с холодильником.

– Снаружи на ближайших подступах все пока спокойно. Твои «пациенты» не очухались еще? – Гера понаблюдал, как девушка заканчивает «пеленание» не пришедших в сознание бандитов. – Отлично. Запрем всех в этой каюте. Нам с тобой нельзя пока устраивать «догонялки и пострелялки». Можем навредить ребятам. Редин ведет свою группу по строго разработанному плану, цель – освобождение заложников и уничтожение террористов. Наше участие они не могли предвидеть и рассчитать. Поэтому на начальном этапе – думаю, минут двадцать, – мы с тобой не станем предпринимать никаких активных действий.