Янтарная камера - Александр Тамоников

– Хороша у вас водица, мужики. Сорокаградусная, можно сказать.

– В смысле?.. – Городец отобрал у Бортника фляжку, отпил и закашлялся. – Да это же форменная горилка. Дьявол, без меня затарились, черти. А я-то думаю, чего они там вечером перемигивались.

Алексей отцепил свою фляжку, отпил глоток. В горле зажглось, лицо перекосилось. Да, охранники, ныне покойные, были не такими уж непьющими.

Бортник сдержанно захихикал. Действительно, и смех, и грех.

– Все понятно, – проворчал Алексей. – Две новости, мужики, плохая и хорошая. Нам нечего пить, но есть что выпить.

Тишина царила над лесной опушкой. Поселок примостился на краю покатой горки, спал за покосившимся забором. Здание барачного типа стояло на его краю. Свет горел лишь над крыльцом. От ограды, окружавшей бывший туберкулезный диспансер, остались воспоминания. Видимо, она на дрова пошла в холодный год.

Сквозь мглу и падающие снежинки просматривались машины, выстроившиеся на краю парковки, какие-то будки и сараи, окружающие открытое пространство. На крыльце ворочался часовой в утепленном бушлате, выискивал позу, в которой можно и отдохнуть, и не замерзнуть.

Боец вдруг насторожился. Трое мужчин приближались к нему по дороге со стороны леса. Они шли спокойно, не скрываясь, беседовали о чем-то. Матово отливали камуфляжные куртки, побрякивали антабки, связывающие ремни со штатным оружием.

Часовой успокоился, но продолжал наблюдать и спустился с крыльца.

Городец шел первым и помахал ему рукой.

Мужчины отправились на парковку, примыкающую к бараку. Там стояли машины – пара грузовиков, минивэн, несколько пожилых, но еще бодрых внедорожников. Неподалеку просматривался гараж с открытыми воротами. В них торчал грузовик, чем-то напоминавший задницу Винни-Пуха, не пролезающего в нору к Кролику. Ночные работы не велись. Видимо, в них не было срочной нужды.

Люди остановились, задумчиво уставились на вереницу машин.

– Хлопцы, вы откуда? – поинтересовался, подходя, часовой.

– От верблюда, – пробормотал Городец. – Из хозяйства Шаховского. Не узнал, что ли?

– Ага… – протянул часовой. – Чего вам не спится-то?

– Ты один? – осведомился Городец.

– Там еще трое. – Часовой кивнул на торец здания, где, видимо, находилась караулка. – Спят, наверное, хрен их знает. А что?

– Проблемка назрела. – Городец проигнорировал вопрос. – Начальству нужен нормальный внедорожник, чтобы и бак заправленный, и не подвел в дороге, не завяз, и скорость развивал приличную. Что посоветуешь?

– Так это без вариантов, – проговорил охранник. – Джипарь старлея Карасули. Видишь крайний «Форд»? Карасуля на нем из любого дерьма вылезает. Тракторы вязнут, а этот прет, как по асфальту.

Кузов внедорожника, на который он показывал, впечатления не производил, машина была старенькая. Но колесная рама впечатляла. Массивная, широкая, дорожный просвет не меньше тридцати сантиметров. Такая же ширина колес. Радиус порядка двадцати дюймов. На таком здоровяке и в джунгли не стыдно сунуться, и в сибирскую тайгу.

– Движок у него форсированный, – добавил часовой. – Хлопцы просят продать, а Карасуля ни за какие деньги не хочет. Слушайте, а на хрена он вашему начальству? – полюбопытствовал недалекий мужичок. – Вроде никогда не побирались, все свое имеется…

Он не договорил, получил по шее ребром ладони и, как подбитый самолет, стал терять высоту. Подлетели Алексей с Бортником, не дали парню упасть, потащили к бараку, заволокли за ближайшую машину. Удар был чувствительным, перебил позвоночник. Проблема пробуждения не стояла.

– Бортник, сможешь вскрыть и завести без ключей? – прошипел Городец, скидывая с плеча автомат. – Не думаю, что машины здесь ставят на сигнализацию.

– Завести смогу, вскрыть – не знаю. Чем?

– Черт!.. – Последовал резкий удар прикладом по стеклу, и оно вывалилось наружу.

Распахнулась дверца.

– Заводи, Бортник.

Бывший заключенный уже кряхтел на водительском месте, гнулся в три погибели, чтобы забраться под панель. Хрустело стекло под его задницей, а он в возбуждении даже не замечал этого, отрывал панель, вытаскивал сплетенные провода. Бортник вскинулся на окрик, потянул вверх шпеньки на дверях правого борта, снял блокировку.

Городец кинулся к задней дверце, но не успел распахнуть ее, как Алексей испустил предупреждающий окрик. Их заметили – видимо, в окно. Караульная смена не спала.

Хлопнула дверь, на крыльцо повалили люди без верхней одежды, но с оружием. Их было трое. Первый спрыгнул с крыльца, вскинул автомат и направил ствол на Городца. Тот этого не видел, мешала раскрытая дверь.

Алексей ударил длинной очередью из-за кормы «Форда», которая заслоняла его. Он не отпускал спусковой крючок, пока не опустошил магазин. Эффект был убийственным. Первый автоматчик спрыгнул с крыльца и повалился. Второй споткнулся, третий протаранил его. Каждому досталось не меньше десятка пуль – промахнуться с такого расстояния было невозможно.

В бараке тревожно гудели и топали люди, разбилось стекло. А Бортник все возился со своими проводами, высекал искры.

Алексей метнулся к ближайшему трупу, вытряхнул на землю содержимое подсумка. Два магазина, три гранаты РДГ-5. Майор быстро распихал трофеи по карманам.

– Фу, майор, спасибо, – выдохнул Городец. – Аж тело наледью покрылось.

Такое бывает. Долго жить, наверное, будет.

Наконец-то взревел изношенный двигатель. Мужики закричали все разом, давая выход накопившимся страстям. Городец влетел на заднее сиденье, забыв закрыть дверцу. Алексей занял место впереди, успел допрыгать, не давая упасть боеприпасам. Бортник разворачивался задним ходом, зацепил машину, стоящую рядом.

– Мужики, вы все сделали? – Он даже не видел, что натворили его товарищи.

– Да, мы победили с огромным преимуществом, – бросил Алексей.

– Вот и хорошо. Но горючки у нас с гулькин нос! – Бортник в сердцах ударил по рулю. – От силы треть бака.

– Ладно, жми! – гаркнул Городец. – Хватит на первое время.

Всем троим пришлось пригнуться, когда из барака повалила разъяренная толпа и стала беспорядочно палить по машине. Внедорожник уже развернулся. Хрустнула трансмиссия, и он рванулся вперед. Разлетелось заднее стекло, осколки брызнули на Городца, который разразился матерной тирадой.

Машина неслась вдоль опушки, иногда цепляла обочины. Шквал огня стих. Теперь хлопали только отдельные выстрелы. Пуля попала в задний бампер, запел металл.

– Все целы? – крикнул Городец.

– А то, – проворчал Бортник.

– Ушли, называется, без шума и пыли, – нервно проговорил Алексей. – Они по машинам рассаживаются, сейчас на хвост сядут.