Следы со свастикой - Александр Тамоников

- Тесноватое жилище, товарищ майор, - донеслось из пещеры. - Но проход имеется. За ним мертвец. Бедненький как же его порвало то. Товарищ майор а как называются люди, которые обследуют пещеры и всё такое, дети подземелья?

- Спелеологи, - подсказал ему Марецкий и опасливо поёжился. – Представляю, что там внутри, товарищ майор. Мы на это не подписывались.

- А мы вообще на эту войну не подписывались! - заявил Зацепин и натянуто усмехнулся.

Мертвец в защитном обмундировании загородил проход, офицеры оттащили его, стараясь не испачкаться кровью. Дыра была размером в половину человеческого роста, им пришлось согнуться, чтобы пролезть в нее. Над головой остались остроконечное наросты, похожие на акульи зубы. Влад прислушался, ловя себя на мысли о том, что подобных ощущение в своей насыщенной жизни ещё не испытывал. Давили холодные скользкие стены с остроконечными выступами, даже в темноте ощущалось как они сжимаются, обострились все чувства. Немцы ушли, засаду не оставили, пока во всяком случае. Брагин включил фонарь: да, это было живописно словно гигантский червяк проточил внутренности скалы, причём не по прямой, а хитроумными загибами, стенным затейливых наростах, с потолка свешивались тех же акульи зубы, ширина прохода составляла не больше метра, высота где-то полтора. Но слишком уж низко висели сосульки, серьёзная опасность для головы. Майор передвигался, испытывая нешуточный страх, потолок давил почти физически, рука машинально тянулась к нему, цеплялась за наросты. Пол пещеры был покрыт какой-то слизью, тоже мало приятного, дышалось пока неплохо, но чем дальше он углублялся в гору, тем острее остановилась нехватка кислорода. Канал изгибался, то делался ширится, сужался, совсем недавно здесь кто-то полз, слизь была размазана, на острых выступах остались обрывки материи. Проход вскоре расширился, теперь он напоминал оскаленную пасть, унизанную кривыми клоками, а дальше гигантскую глотку, которая засасывала в себя людей.

Майор соскользнул с покатой горки, как-то пережил острый приступ паники, вывалился в разомкнутое пространство. Фонарь выпал из его руки и освятил стену с жутковатыми природными рисунками, распахнулась живописная галерея, минеральные отложения свисали с потолка, вырастали из пола, кое-где формировалась бугристая колонна, изогнутая как спирали, сзади послышалась возня, с горки скатился Филимонов и едва не протаранил командира.

- Прошу прощения, товарищ майор. Ух, чёрт! Смотрите, это же дворец снежной королевы.

- Не толпиться, всем разойтись и не шуметь, товарищи.

- Ничего себе! - прошептал Марецкий, выбравшийся из норы. - Вот это хоромы, товарищ майор. Даже не верится, что так природа постаралась. Познаём мир, товарищи, набираемся новых впечатлений.

- Заткнись! - заявил Брагин.

Остальные вылезли из тоннеля молча, глухо постанывал Богуславский, этому мужику досталось пуще прочих. Люди на корточках рассредоточились, прижались к стенам. С потолка свисали пышные занавеси минералов, в мерклом прыгающем свете они смотрелись особенно жутковато, в дальней части помещения чернел единственный лаз. Майор отправился к нему, пристроился рядом с тёмной дырой, вытянул шею, напряглись все чувства, ответственные за сохранение жизни. Недостаток кислорода продолжал ощущаться, запахи не выдувались. Живые существа в ближнем пространстве не присутствовали, но они тут определенно были: пахло потом, кожей, оружейной гарью.

Влад рискнул осветить коридор фонарем, этот проход был выше, по нему можно было идти пригибая голову. С щетинистого потолка свисали застывшие капли. Брагин колебался: противник рядом, он не мог далеко уйти, у Шломберга остались пять или шесть солдат, патроны и, что самое скверное гранаты, от которых в этой тесноте никуда не спрячешься. Нужно ли дразнить противника, висеть у него на хвосте, или же лучше дать ему выйти наружу? Он всё равно упрётся в реку. К майору подполз Зимин, мрачно уставился в черноту проёма.

- Вот здесь и находись боец, - Брагин похлопал парня по плечу. - Не вздумай высовываться, что-нибудь услышишь - сразу бей в барабан.

- Я понял, товарищ майор.

Брагин откатился к своим товарищам, они сидели у стены, выжидающие помалкивали, горел лишь один фонарь, освещал рассеянным светом пышную потолочную драпировку.

- Что за фигня такая? - пробормотал Филимонов.

- Это сталактиты, - ответила Ханна, голос который сел точно так же, как батарейка в фонаре. - Вода испарилась и осадочная порода превратилась вот в это. Если свисают с потолка значит сталактиты, растут из пола – сталагмиты. Бывает что и те и другие срастаются, получаются колонны, их называют столагнаты.

- У нас на Камчатке всё это есть, - проворчал Звягинцев. - В детстве лазили по пещерам, там точно так же.

- Разрешите обратиться, товарищ майор?

- Дерзни, сержант. Будем дальше преследовать немцев? Есть другие предложения?

- Да пожалуй. Двигаться за ними, но не нападать. Представляете, что будет если в этих лабиринтах затеять бой? Пара гранат и всё обрушится к той-то маме.

- А парень прав, - заметил Коломиец. - Страшновато тут, трудно избавиться от ощущения, что находишься в длинном гробу. Рухнет всё тебе на голову, либо без воздуха останешься. У меня уже несколько раз были эти чёртовы панические атаки. Не убеждай, командир, что ты их не испытывал.

- Будем двигаться, но осторожно, - чуть подумав сказал Брагин. - Внимательно слушаем. Эти карстовые проходы могут замыкаться сами на себя или уходить под землю, от чего нам нет никакого толку. Если немцы окажутся в тупике, то сделают всё, чтобы вырваться обратно. Тут мы их и встретим. А пока увы, товарищи, от нас зависит немногое. Нестись сломя голову мы не будем, пару минут сидим и начинаем выдвигаться. Противник знает, что мы висим у него на хвосте, поэтому внимательно смотрим под ноги, выявляем натянутую верёвку, проволоку и прочие безобидные предметы, которые от нас мокрого места не оставят.

Время замерло, разряжались батарейки фонариков. При мысли о том, что можно остаться без света, холодок бежал по спине командира, на спички и зажигалки надежд не было, люди тратили много энергии и всё же холод доставал их. Коридор был каким-то бесконечным, причудливо изгибался, но он уже не являлся таким низким, потолок приподнялся, появилась возможность расправить плечи, но люди утрачивали ориентацию в пространстве. Все их мысли были только о дыхании, кислорода в организме поступало всё меньше. Снова галерея, на этот раз раздвоенная, с середины потолка свисала или вы многотонный гребень, подсевшие фонари осветили два прохода: один был прямо по курсу другой едва просматривался за складками сталактитов. Люди остановились чтобы отдышаться. Брагин шёпотом приказал выключить половину фонарей, свой тоже убрал в карман. Он повесил автомат за спину, чтобы тот не мешался, в этих условиях с ним не развернуться, достаточно ТТ в кобуре.

В этот момент они и проворонили самое важное. Под ноги майору что-то упало с металлическим лязгом, Зацепин находился рядом, осветил этот предмет фонарём и взревел дурным голосом: