Последний день Америки - Сергей Зверев

Вскоре интенсивность стрельбы резко падает, и я догадываюсь о причине: вероятно, американцы вооружены пистолетами «Хеклер и Кох P-11». Его калибр – 7,62 мм; пять стволов; электрическое воспламенение порохового заряда. Перезаряжается путем полной замены блока стволов. Дальность стрельбы у поверхности не превышает пятнадцати метров; на приличной глубине опасен до пяти-шести. Простой, надежный и красивый – каждая деталь вылизана, как все немецкие яйца. Но тяжеловат, и в целом похуже нашего старого доброго СПП-1, не говоря уж о мощных автоматах.

«Пять стволов» – вот ключевая фраза в его характеристиках. Пять стволов – пять выстрелов. Потом обязательная перезарядка, требующая времени и свободных рук. В нашем противостоянии я рассчитываю лишить противника этих элементов роскоши и не спешу обозначать свое место – пусть израсходуют боезапас. А пока я просто прячусь от шальных пуль в донном приямке…

Щелчки выстрелов не стихают. Противно шипящие светлые росчерки проскакивают то выше, то сбоку. Их видно в хаотично гуляющих над дном фонарных лучах. Дистанция между мной и американскими пловцами великовата, и их пальба большой опасности не представляет. Впрочем, если выпущенная из подводного оружия пуля коснется моего тела – мало не покажется.

Мне отлично известно, чем чреваты эти касания, когда хорошо различима траектория движения длинной стреловидной пули. Кажется, она на излете и не может причинить большого вреда. Кажется, она потеряла силу, взрезает воду по инерции и вот-вот остановится. Но это не так. Стоит ей коснуться твоего гидрокостюма, как чувствуешь пронзающую тело боль. Чувствуешь, как из поврежденной плоти толчками уходит в воду кровь, а вместе с ней силы и жизнь.

В какой-то момент решаюсь произвести второй выстрел. Уж больно обнаглел один из америкосов – приподнявшись метра на полтора, обшарил округу фонарем и трижды подряд выстрелил в мою сторону.

Заметил, гад. Я взял упреждение и надавил на спусковой крючок. Выпущенная пуля нашла парня, когда тот устремился вниз. Но было уже поздно.

«Готов, – констатировал я. – Этот тоже не вояка…»

Атлантический океан; залив Мэн; район точки № 6. Настоящее время

В глубине души я надеялся на мирный исход этой нежданной встречи. Ну, мало ли… Может, америкосы не заметят меня и пройдут мимо. Может, получив отпор, отступят. Увы, кровавая заваруха все же началась. Звучит очередной щелчок-выстрел, и пуля бьет по ребризеру. Аппарат цел – жалкие остатки дыхательной смеси по-прежнему исправно поступают под полнолицевую маску. В этот раз пронесло.

Как я уже говорил, под водой из-за большой плотности среды практически невозможно определить направление на источник звука. Откуда меня достали – не знаю. Кручу головой и поспешно меняю позицию, буквально ползком перебираясь по донным кочкам и приямкам. Над головой – едва не цепляя затылок – мечутся фонарные лучи.

Следующие выстрелы меня не находят. Сколько их уже прозвучало? Тридцать? Или тридцать два? Жаль, сбился со счета. Хотя, что толку их считать?! Откуда мне знать, какой у американских пловцов боезапас? По опыту прошлых встреч мне известно, что с пистолетом «Хеклер и Кох P-11» они берут на глубину до шести блоков-стволов. Но так ли это в сегодняшнем случае? Как бы не ошибиться. Иначе просчет выйдет боком.

С тоской поглядываю в ту сторону, где должна находиться моя «Барракуда». Черт… как же некстати это приключение! Ведь до нее оставалось всего ничего. Поскорее бы добраться до шлюзовой камеры, вдохнуть полную грудь свежего воздуха, спуститься в отсек, переодеться, заварить крепкого чая и развалиться в удобном командирском кресле…

«Прочь пустые мечты! – немного приподнимаюсь из своего укрытия. – Если проявлю слабость, то никогда уже не вернусь на борт «Барракуды». А значит, надо собраться и продолжать бой».

Третью подходящую цель замечаю правее, метрах в семи. Вернее, не саму цель, а свет ее фонаря. Дабы не промазать, выпускаю в нужном направлении длинную очередь. Попал? Точно не знаю. Отстегиваю пустой магазин. Вставляю в приемник первый из двух запасных. Передергиваю затвор. Готово.

Вот уже несколько минут вокруг моего укрытия маячат только три фонарных луча. Стало быть, третьего я прикончил. Осталась ровно половина группы, и это радует.

Ругнувшись, загоняю в приемник последний магазин. В пылу боя я и сам не заметил, как израсходовал патроны из второго магазина. А жаль – в последний момент четвертая цель так отменно подставилась под выстрел!

Итак, их осталось трое. И, потеряв половину команды, они настроены решительно: окружив меня, подбираются все ближе и ближе. Между нами пять метров. Одна пуля вновь шлепает по ребризеру, вторая проходит у шеи, третья задевает маску, четвертая пробивает плотную резину левой ласты.

Отстрелялись. Боеприпасов больше нет ни у меня, ни у трех оппонентов. Под водой тишина, не считая монотонного гула машины стоящего где-то неподалеку американского военного корабля.

Дышать становится трудно. Запас кислорода в баллоне почти иссяк, и автомат прокачивает использованную смесь через регенеративный элемент. Его ресурс тоже не безграничен. Скоро на вдох будет поступать непригодный газ и… Ладно, не будем о грустном. Сейчас не до этого. Передвигаю автомат за спину – в рукопашной схватке он еще пригодится. Вытаскиваю из ножен свой «волшебный» клинок. И готовлюсь к ближнему бою…

Ножи – обязательный элемент экипировки, без которого даже на малую глубину не пойдет ни один уважающий себя дайвер. На все подводные операции боевые пловцы «Фрегата» таскали в числе прочего подводного снаряжения замечательные и незаменимые ножи, способные в считаные минуты перепилить стальную арматуру. Этим изумительным холодным оружием офицеров моего отряда обеспечивал специальный цех одного из прославленных уральских заводов. Мастера старались на совесть: лезвие из великолепного сплава, умопомрачительная заточка, не дающее бликов покрытие, продуманная балансировка и удобная анатомическая рукоять. Одно короткое движение, и противник получал ужасающие повреждения – данный факт был многократно проверен в подводной практике. Собираясь в этот поход, я упросил генерала Горчакова достать для меня один из тех ножей. Он исполнил мою просьбу, и вот настал решающий момент, когда это оружие пригодилось. Теперь главное – не зевать и удерживать в поле зрения всех противников. Что ж, посмотрим, чьи девки интересней пляшут.

Над головой светлеет, а по горизонту видимость – дрянь. В подобных условиях контуры тел неплохо просматриваются в вертикальной плоскости: на фоне светлой поверхности моря или слабо освещенного фонарями дна. Однако не все так просто. Фонари америкосы погасили и наверняка находятся на той же глубине, что и я.

Выжидаю…

Между нами два метра. Три американских пловца окружили меня и пытаются, улучив момент, сократить дистанцию для боевого контакта.

«Стоим на ластах» друг против друга – работаем ногами, сохраняя неизменность позиции, но при этом имеем возможность смещаться в любую сторону.