Выбор чести - Даниил Калинин

Имеющиеся в наличии мины я лично установил с обеих сторон по обочинам дороги. Противотанковые чуть впереди, противопехотные соответственно сзади.

Для пулеметчиков и бронебойщиков мы вырыли по четыре полноценные ячейки каждому расчету, связанные ходами сообщений. Нечто подобное я оборудовал еще у Пингаррон в свою последнюю схватку. Окопы мы вырыли в посадках, в 300 метрах от дороги – заметить не заметишь, а дистанция для стрельбы вполне подходит.

Из 16 человек 10 выделяю под расчеты. Пулеметчиками становятся один из «летунов», хорошо знакомый с оружием, лейтенант, ну и конечно Саша Крылов (танкист). Два лучших стрелка (ребята из дозора) получают противотанковые ружья. Их первоначальная задача – хвост колонны. На 300 метров wz. 35 вполне могут взять 15 мм брони, то есть любую фрицевскую машину вплоть до «тройки». А уж повредить катки или порвать траки смогут даже «четверкам». Вторыми номерами становятся менее подготовленные солдаты.

Из оставшихся шести человек один ефрейтор со значком «ворошиловского стрелка» второй степени получает трехлинейку с оптикой – боец заканчивал специальные курсы и в своем подразделении числился снайпером, так что вопрос решился сам собой. Ну а пятеро оставшихся и я шестой – самые отчаянные парни. У каждого по ППД, три противотанковые гранаты и пять «лимонок». Экипируемся в немецкий камуфляж.

Засада, конечно, слабенькая, но что есть.

Уже с рассветом фрицы начинают свое движение. По дороге проносятся пара разведывательных «хорьхов», за ними более степенно проследовал взвод мотоциклистов. Засаду они не обнаружили.

Доступная цель показалась в районе шести утра. На восток следует крепкая моторизованная колонна. За парой мотоциклов в авангарде идет Pz-II, за ним «ганомаг» со счетверенной зениткой «Flak 38». Очень опасная машина. Головную группу замыкает «ганомаг» с десантом.

В колонне девять грузовиков (большинство наверняка с пехотой и один-два с боеприпасами) и два бензовоза. В хвосте еще четыре бронетранспортера, тянущих на прицепах легкие противотанковые пушки. Замыкает группу Pz-I. Интересно, мои держатся, не струсили?

Свой «ударный» отряд я сосредотачиваю у «головы» засады. Двое бойцов должны вовремя перерезать туго натянутые веревки, держащие подрубленные тополи от падения. Танкист молодец, с дороги надруб не заметишь.

Для себя я выбрал бронетранспортер с зениткой (она способна за минуту выбить всех нас), двум воинам поставил задачу на «двойку», оставшийся определился с замыкающим «ганомагом».

Последние секунды кажутся вечностью. Я уже различаю лица десантников в третьем «ганомаге», уже явственно чувствую, как дрожит земля под танком, и слышу запах бензина. Вот, еще чуть-чуть, и головная машина поравняется с засадой…

Условный сигнал рукой. Давай!

Мы чуть не опоздали, деревья срубленными великанами падают на дорогу прямо перед «двойкой». Машина тормозит, но следующий за ней бронетранспортер с зениткой тут же сворачивает в сторону, а экипаж мгновенно опускает стволы «флак-системы». Поздно!

РПГ взлетает в воздух и приземляется на щиток орудия. Взрыв! Отчаянные людские крики убеждают меня в том, что я не зря рисковал, подползя на пять метров к обочине. Выручил камуфляж.

Щиток орудия сильно погнуло, покореженные стволы зенитки больше не представляют опасности. Экипаж поломанными куклами и кусками разбросан сзади и сбоку машины.

Одна граната рванула рядом с «двойкой», не нанеся ей никакого ущерба. Танк мгновенно развернулся на месте, открыв огонь жуткими 20-мм снарядами по открывшейся цели, на куски разорвав незадачливого гранатометчика. Зато второй воин, оставшийся с противоположной стороны, бросился к панцеру и, прежде чем его прошили пулеметные очереди «ганомага» и кормового пулемета танка, забросил свою РПГ на моторный отсек. Бахнуло крепко, «двойку» мгновенно охватило пламя.

Замыкающий боец тоже не добросил гранату. Она рванула чуть сзади машины. В ответ десант открыл ужасающе плотный огонь из пистолетов-пулеметов.

Привстаю на одно колено, мгновенно беру цель. Первая короткая очередь – и падает на пол десантного отсека пулеметчик. Вторая, третья – и огонь с «ганомага» становится слабее: потеряв еще одного бойца, немцы прячутся за бортами.

Быстро достаю «эфку», мгновенно разжимаю усики, вырываю кольцо… Но в этот момент оживает бронетранспортер с зениткой. Во время взрыва мехвода, должно быть, контузило, и он остановил свой «ганомаг». Но теперь, разглядев врага, он дал полный газ в надежде раздавить противника.

Я еле успел неприцельно бросить гранату и прыгнуть в сторону. «Ганомаг» протаранил несколько деревьев и остановился только через десяток метров. Стал сдавать назад, но этот шаг оказался ошибкой: боец, который резал веревки, включился в бой. Он довольно метко бросил свою РПГ, которая попала практически под корму машины. А немец как раз заехал на нее корпусом…

Мотопехотинцы с уцелевшего бронетранспортера все же сумели десантироваться и открыли довольно плотный огонь. Бью в ответ длинной очередью (благо диска хватает), «гансы» залегают. Двумя прицельными вывожу из строя ближнего противника.

В ответ летят «колотушки», штуки три. Спина леденеет от смертного ужаса.

– Прикрой!

Соратник прижимает противника двумя хорошими очередями, я же в это время успеваю тремя перекатами переместиться подальше от гранат. У «М24» долгое время горения запала, так что у меня было в запасе целых шесть секунд. В бою это большой срок.

Ужасающий мощи взрыв и столь яркая вспышка пламени, что я на секунду ослеп – они заглушили взрыв «колотушек» и отвлекли внимание гренадеров. И, слава богу, вовремя – ослепших, они могли взять нас очень легко.

Оставшаяся часть засады действует гораздо более успешно: на ее стороне удачное расположение и отличная фортификация позиций. Красноармейцы достали оба бензовоза – те и полыхнули, поглотив в огне ближайший бронетранспортер с десантом и орудием и два грузовика. Немцы, высыпавшие из машин до того и занявшие оборону по обочинам, теперь бегут к лесу живыми факелами, оглашая поле боя дикими, нечеловеческими криками. Они стихают, только когда пламя сжигает легкие несчастных.

Это переломный момент схватки. С начала боя прошло всего ничего времени, но немцы несут огромные потери. Как я и рассчитывал, оказавшись под обстрелом, многие водители попытались развернуться, съехать с дороги. И хотя мин не хватило перекрыть шоссе на длину всей колонны, практически все грузовики с пехотой, попытавшиеся сманеврировать, подорвались на противотанковых «сюрпризах». Для десанта это имело катастрофическое последствие.

Остальные пехотинцы, покинувшие грузовые «Опели» и попробовавшие рассосредоточиться в поле, столкнулись с противопехотными минами. Потеряв десяток человек, «гансы» кучно сгруппировались у машин – что весьма облегчило задачу моих пулеметчиков.

У врага был шанс прорваться вперед по дороге – хотя бы пехотой. Но после взрыва и чудовищной гибели сослуживцев противник просто сломался.