Прыжок тигра - Кирилл Казанцев

Максим в диалоге участия не принимал, он смотрел в гладкую матовую поверхность стола. Ну, собственно, все, они раскрыли друг другу карты и что теперь? «Теперь он знает, что я не маньяк, я знаю, что у него пропала дочь. И до сих пор не знаю, где Васька. Пора разбегаться по своим делам, мне надо вернуться на базу – забрать остатки денег из арсенала или тайника за вентиляционной решеткой…» – но планы так и остались планами, у Рыжикова на этот счет были свои мысли.

– Я вас понял. – Он поднялся со стула, вскочил и Большаков. Максим остался на месте – он никуда не торопился и знал, что дальше забора этого дома ему уйти не дадут. Поэтому следующий ход решил сделать сам, предпочел опередить события и немного подогнать завязший процесс, но Рыжиков, похоже, обладал способностью читать чужие мысли.

– Анатолий Дмитриевич, думаю, что вам придется задержаться здесь. Надолго ли – зависит от многих обстоятельств. Так будет лучше… Для всех, и для вас в том числе, – Максиму говорить ничего не пришлось, осталось только мотнуть согласно все гудевшей после «вчерашнего» головой. Рыжиков еле заметно кивнул в ответ и продолжил:

– Толя, – это относилось уже к начальнику службы безопасности, – проследи, чтобы… Ну, ты меня понял. И за своими чертями тоже следи, или поувольняй их к чертям и набери нормальных. А то один телефон посеял, второй пистолет, а третий что – машину у меня угонит?

– Понял, понял, – буркнул Большаков, коротко глянул на Максима и вышел вслед за обожаемым хозяином. В окно Максим видел, как они говорили еще минут пять, потом Рыжиков уселся в свою машину, отдал последние указания и укатил. Большаков стоял во дворе, как жена моряка, провожающая мужа в кругосветку, только что глаза платочном не утирал. Трогательная сцена, аж слезу вышибает. Ворота закрылись, начальник охраны рявкнул что-то на подчиненных и потопал в дом. Максим направился в свою комнату. По дому он мог передвигаться почти беспрепятственно, но под конвоем – к «гостю» Большаков приставил сразу двоих. Один безвылазно сидел внизу, а второй, как тень, бродил за «объектом» – в кухню, в холл, провожал до дверей комнаты и как мамонт топтался в коридоре. Еще двое гуляли во дворе, то грелись на солнце, то мокли под дождем. Погода никак не могла определиться – то ли испортиться окончательно, то ли побаловать еще все живое солнечным теплом и светом. Да и про псов забывать нельзя, они круглосуточно бродят вокруг дома, но голоса не подают. Правильно говорится – бойся не ту собаку, которая лает, а ту, которая молчит. Это как раз про них.

Максим плюхнулся на кровать, закинул руки за голову. Надо соображать, и соображать быстро – что могло произойти, куда подевалась девочка-мажорка, кто выманил ее из дома? Все, с кем она общалась, проверены, никто ничего не знает, никто ничего не видел и не знал – друзья, репетиторы, преподаватели, одноклассники. Одноклассники. Интересно, уже хоть кто-нибудь сообразил там покопаться?

– Эй, там, за дверью! – проорал он, не поднимаясь с кровати. Ответа не последовало, но охранник был здесь – Максим слышал, как тот топчется в коридоре, и даже взялся за ручку, но тут же отпустил ее.

– Я кому говорю, сюда иди! – гаркнул во все горло Максим. – Ты там подох, что ли?

Дверь приоткрылась, и охранник заглянул внутрь. Максим узнал своего старого знакомого – именно он рылся в его рюкзаке, когда они неслись из интерната в резиденцию Рыжикова.

– Зайди. – Охранник переступил порог и остановился в дверях. Максим смерил его взглядом, помолчал значительно и приказал:

– Скажи хозяину, что мне нужен компьютер с Интернетом. И желательно побыстрее. Знаешь, что такое компьютер? Молодец, вали, время пошло, – и зевнул, вытянувшись на кровати во весь рост. Дверь негромко хлопнула, из коридора послышались обрывки фраз.

– Он спрашивает, зачем? – Охранник снова сунулся в комнату и уставился на Максима мелкими круглыми глазенками.

– Девок голых посмотреть хочу, зачем же еще. Дай трубку, – Максим взял мобильник и произнес в нее негромко и разборчиво:

– Мне нужен компьютер с Интернетом. Объяснять все буду твоему хозяину. Как хочешь, мне все равно, – и вернул мобильник охраннику.

Ноутбук с модемом Большаков притащил лично. Он ввалился в комнату без стука, поставил ноут на стол и уставился на Максима:

– На, получи, – выдавил он из себя, – играйся, дитятко.

– Спасибо, – Максим вскочил с кровати, открыл ноутбук. Все отлично, все работает, уровень сигнала высокий.

– Ты чего там ищешь? – Большаков вился рядом, заглядывал Максиму через плечо. Тот не отвечал, набрал в поисковике запрос, прошел по ссылке и повернул ноутбук так, чтобы Большаков видел монитор.

– Вот, смотри. Нужен человек, который сможет взломать пароль к Настиной странице в соцсети, надо посмотреть, что там делается. Знаешь такого спеца?

Большаков соображал недолго, вытащил телефон, набрал один номер, другой, переговорил с кем-то и схватил ноутбук со стола.

– Часа через два, не раньше, – предупредил он Максима и вышел из комнаты.

«Вот и чудненько». Максим подождал, пока во дворе грохнут ворота, и вышел в коридор. Низкорослый толстоватый страж вытянулся в струнку.

– Пошли, чайку попьем, – пригласил его Максим и зашагал к лестнице, охранник затопал следом.

Большаков вернулся уже поздно вечером, проорался во дворе, потом построил охранника в холле и только потом вполз на второй этаж.

– Вот, – он вытащил из кармана пиджака обрывок бумаги, – логин, пароль. Только фигня все это, я уже все посмотрел. Нет там ничего, чушь всякая – про тряпки, сериалы и прочую муть.

Максим открыл нужную страницу и бегло просмотрел сообщения. Последнее датировано сегодняшним числом, имя пользователя мутное – ни мужик, ни баба, существо среднего рода. Vihaleva – хрень какая то. Ладно, посмотрим, что это за зверь.

Настя щедро делилась с «друзьями» своей радостью – вот ее комната, вот ее наряды, вот новый мобильник, вот папина машина, вот собаки. А вот пляж, где она провела три недели зимой и обязательно вернется сюда осенью. И масса восторженных отзывов под каждой фотографией, в соцсети Настя была круглой отличницей, за каждую фотку «друзья» ставили ей высшие баллы.

– На мать похожа, – сообщил Большаков, рассматривая фотографии на мониторе. Действительно, от отца девочке достались только глаза, такие же ярко-голубые с золотыми искорками, как листопад на фоне неба золотой осенью. Длинные темные волосы, тонкий нос, очки в изящной оправе, улыбка – этот ребенок не нуждался ни в чем, у него все было в достатке – денег, любви и тепла.

– Ольга с Серегой познакомилась, когда он после НИИ «варенками» на Рижском рынке торговал, потом брокером заделался, потом менеджером. А сам в это время дворником работал, прикинь? – делился нахлынувшими воспоминаниями Большаков. Максим слушал молча, он просматривал девчоночью переписку. Пока ничего не понятно, вернее, просто, как валенок. А Большаков продолжал зудеть над ухом:

– А потом на него другая блажь накатила, уж как я его ни отговаривал – без толку. Производством решил заняться, не важно, чего. Ладно, решили и этот вопрос, выбор пал на мелкую кондитерку. Оборудование нашли списанное, технолога, рабочих наняли, линию запустили. Потом надоело ему, наигрался. Насте к тому времени уже года четыре было, он как раз квартиру новую купил. И торговать решил, дверями.