Сирийский эшафот - Александр Тамоников

– Ты о колбасе?

– О ней, родимой. Только ленивый не пишет в газетах и не говорит с экрана телевизора о том, чем завалены полки наших магазинов!

– Условно наших, – вставил Суров. – Розницу давно контролируют иностранцы.

– Тем более. Хотели демократии и триста сортов колбасы? Получите. Только не забывайте, что по-настоящему хорошей колбасы среди колоссального ассортимента так и осталось два-три сорта…

Павел разлепил глаза, поднял левую руку и взглянул на часы.

Шестнадцать сорок четыре. Значит, самолет скоро начнет снижаться. Он сидел у правого борта, и за иллюминатором действительно синело бескрайнее Средиземное море. А слева должно было проплывать сирийское побережье.

– С добрым утром, командир! – заметил его пробуждение Женька.

– Привет!

– Ну, и горазд ты спать! На два часа подголовник придавил, не меньше.

– Я бы и дольше его давил, если бы не ваши «диспуты». Чего там слева видать?

– Сирийский бережок тянется. Латакия впереди.

«Стало быть, почти прибыли, – вздохнул капитан. – Сейчас самолет пролетит Латакию, крутанет в сторону берега, выполнит четвертый разворот, снизится по глиссаде и покатится по длинной бетонке…»

Авиационная группа на российской базе Хмеймим была сформирована решением Верховного Главнокомандующего в сентябре две тысячи пятнадцатого года. Группа имела смешанный состав: истребители «Су-3 °CМ» и несколько новейших «Су-35»; фронтовые бомбардировщики «Су-24М» и «Су-34», штурмовики «Су-25СМ», а также самолеты «Ил-20М1», «Ту-214Р» и «А-50».

Группе Андреева ранее приходилось здесь бывать для выполнения особых заданий, и почти каждый раз они пользовались услугами вертолетчиков, коих здесь тоже было немало. Транспортные «Ми-17», вертолеты огневой поддержки «Ми-24», «Ми-35» и самые современные – «Ка-52».

Данные типы вертолетов являлись основными в российских ВСК. Классификация, за исключением «Ка-52», была одинаковой – «транспортно-боевые», однако задачи ими выполнялись разные. Как ни крути, а не обремененному огромным весом брони «Ми-17» куда сподручнее перевозить спецназ и грузы. А на хорошо защищенных и имевших мощное вооружение «Ми-24» и «Ми-35» – наносить ракетно-бомбовые удары по противнику.

Но это вовсе не означало, что кто-то из вертолетчиков рисковал на войне больше, а кто-то меньше – сложностей и тяжелой работы здесь доставалось всем.

* * *

Самолет зарулил на стоянку и замер на ровном бетоне ровно в семнадцать ноль-ноль. Открылся люк входной двери, грохнул опустившийся трап. Снайперы поднялись с надоевших кресел, подхватили из багажного закутка вещички и, попрощавшись с экипажем, спустились по трапу.

Предстоящая операция по спасению сирийских пленников, конечно же, была засекречена, поэтому на стоянке группу встречали только два человека: начальник штаба базы – полковник Олег Королев и начальник разведки – подполковник Михаил Суслов. Должен был подойти и командир базы – генерал-майор Грубанов Виктор Алексеевич, но, вероятно, он занимался неотложными делами.

Группе Андреева неоднократно доводилось бывать на авиабазе Хмеймим, и обоих встречающих снайперы знали. Тепло поприветствовав прибывших, те повели их в отдельный гостевой модуль.

Левым торцом гостевой модуль соседствовал со столовой – огороженным пространством с полевыми кухнями и несколькими просторными палатками, где личный состав принимал пищу. По соседству с правым торцом модуля стоял такой же одноэтажный блок, походивший на учебные классы с пристроенным спортивным залом.

Еще на базе имелся штаб, а также длинный модуль для командного состава с комфортабельными жилищами, имеющими отдельные входы. Инженерно-технический и летный состав проживал недалеко от стоянок авиатехники в небольших модулях, рассчитанных на два-три человека. Имелись в этих модулях и душевые, и туалетные комнаты, и даже русская баня, смонтированная в кунге грузового автомобиля.

Охрана авиабазы Хмеймим изначально осуществлялась подразделениями морской пехоты Черноморского флота и десантно-штурмовой дивизии ВДВ. Позже охрану объектов авиабазы и безопасность дорожного движения стала осуществлять военная полиция.

Гостевой модуль представлял собой длинное щитовое здание с трепещущим российским флагом над крыльцом, громоотводом и двумя тарелками спутникового телевидения по торцам. Своим видом длинное здание напоминало современную казарму или одноэтажное холостяцкое общежитие.

Посередине фасадной стены красовался козырек над тремя ступеньками и входной дверью. Далее гостей встречал небольшой квадратный холл с рядком висевших ключей, телефоном на столике и длинным списком телефонных абонентов базы. Из холла в разные стороны устремлялись коридоры. По обеим сторонам коридоров темнели двери в двух-трех – и четырехместные номера. Левый коридор заканчивался бытовкой с гладильными досками и зеркалами по стенам, правый – комнатой отдыха со столами, стульями и большой телевизионной панелью. Эта же комната при необходимости служила столовой. Кроме того, в концах коридоров имелись туалетные комнаты и душевые.

– Гостевой модуль сейчас пустует, – приглашая снайперов внутрь, сказал начальник штаба, – так что размещайтесь со всеми удобствами. Можете поселиться вместе, а хотите – заселяйтесь в разные номера.

Переглянувшись с подчиненными, капитан ответил:

– Мы привыкли вместе.

– Тогда выбирайте номер – ключи висят на прежнем месте. Постельное белье во всех номерах свежее. Если что понадобится – звоните.

– Горячая вода есть? – на всякий случай поинтересовался прапорщик. – А то в прошлый раз холодной развлекались.

– Мы недавно поменяли бойлер, и теперь горячая идет без перебоев. Так что рекомендую сполоснуться с дороги.

– А что у нас с ужином? – полюбопытствовал вечно голодный Женька.

– Скоро принесут. Питаться будете в комнате отдыха – лучше, чтобы о вашем появлении знало как можно меньше людей.

– Понятно.

– У входа в модуль, как всегда, поставим охрану…

Открыв ключом трехместный номер, Андреев поставил в прихожей тяжелые сумки и повернулся к начальнику разведки:

– О месте пребывания пленных свежей информации не поступало?

– Место уже определено с точностью до десятка метров, – проинформировал Суслов.

– И где же их содержат?

– В Джадине. Конкретно – в штабе полевого командира Ахмада Хамани.

– Вот как? Я слышал, Хамани возглавляет довольно крупную банду.

– Верно. Поэтому мы ждем сведений о количестве боевиков, занятых охраной штаба. И очень скоро об этом узнаем.

– Значит, мы ненадолго в этом отеле?

– Паша, неужели тебе не нравится в нашем «пионерском лагере»?! – приобняв капитана, засмеялся разведчик. – Море, солнце, чистый воздух, трехразовое питание на убой и спокойный сон в неограниченном количестве!