Антибомба - Сергей Зверев

К человеку, которого они должны сейчас настичь, выпотрошить и уничтожить, Заур не испытывал ни злости, ни ненависти. Но он добросовестно сделает свою работу и заполнит еще одну строчку в длинном списке своих поступков, в праведности или греховности которых под силу разобраться только Аллаху, а значит, и ломать голову над этим не стоит…

Шатун обладал куда большими оперативными возможностями. В его распоряжении была служба наружного наблюдения, технари и любые другие специалисты по заказу. Так что ему примерно в то же время отзвонился разведчик из наружки областного УФСБ и сообщил:

– Фигурант нарисовался. В горбольнице, как и ожидали.

– Понял, – обрадовался Шатун. – Сообщайте обо всех его передвижениях и действиях. Только на глаза ему не лезьте.

– Нам как рассчитывать? Потащим его до адреса? – спросил разведчик. – Или здесь по нему работать будете?

– Не знаю. Определимся по ситуации.

Шатун и Мамонт подъехали к горбольнице в тот момент, когда наружка отрапортовала:

– Объект выходит из первого корпуса. Направляется к главным воротам.

Мамонт остановил голубой массивный внедорожник «Додж Дюранго», не доезжая пару сотен метров до шлагбаума. Отсюда были видны утопающие в зелени многоэтажные белые больничные корпуса, стиснутые бетонным забором главные ворота, около которых застыл белый фургон «Скорой помощи». Его водитель, приоткрыв дверцу, что-то самозабвенно внушал охраннику в черной форме, который в ответ методично кивал, как китайский болванчик.

– А вот и клиент! – торжествующе произнес Шатун.

Между шлагбаумом и «Скорой» протиснулся высокий, атлетически сложенный розовощекий мужчина в летнем белоснежном костюме. Ошибиться невозможно – это и был Владислав Зотов. Разведчики из наружки сообщили, что свою красную «Мазду» объект оставил на стоянке в двухстах метрах от больницы – значит, сейчас он направляется туда.

– Берем его? – деловито поинтересовался Мамонт.

– Берем, – кивнул Шатун. – Обязательно берем!

И тут же перевел настороженный взгляд на неторопливо, со степенным достоинством, выруливший впереди из-за поворота черный джип «Гранд Чероки» с дымчатыми стеклами. В салоне – за рулем и на зад-нем сиденье – угадывались два силуэта.

От вида этого двигавшегося навстречу, мощного и напористого, как танк, джипа Шатуна как будто током ударило.

– Блин, Боря! Это они! – воскликнул Шатун, кивая на джип, который снизил скорость до минимума и катил сейчас не быстрее пешехода. И траектория его движения вскоре пересечется с Зотовым.

– Кто? – не понял Мамонт.

– «Фукусимцы»! Они тоже за ефрейтором!

– Что делаем?

Шатун был уверен – террористы сейчас возьмут Зотова. А дальше? Дадут потом по газам, и не факт, что их удастся остановить, – машина у них мощная.

Рванув из тайника под сиденьем пистолет-пулемет «Кипарис», Шатун резко прикрикнул:

– Принимаем их! Вперед, Боря!

Мамонт вдавил педаль газа, и «Додж Дюранго» резко начал набирать ход.

– Быстрее!..

Лекарь тоже разглядел Зотова у больничных ворот, оставалось только отключить его и бросить в салон – это дело техники, и тут сбоев быть не могло. Но Заур в это время обратил внимание на голубой «Додж», отъехавший от тротуара и резко устремившийся навстречу.

– Засада! – закричал грузинский моджахед. – Газуй!

Лекарь в критических ситуациях соображал очень быстро. И сразу вслед за Зауром понял, что они угодили под колпак. Быстро огляделся. Обычно в таких случаях берут в коробочку – подпирают тяжелыми машинами сзади и спереди – бампер в бампер, не давая скрыться, и ставят под стволы. Но улица была чиста.

«Додж» между тем несся им в лоб. Можно было увидеть, что человек на переднем пассажирском сиденье держит в руке какое-то короткоствольное оружие.

За мгновения до столкновения Лекарь крутанул руль, вдавил что есть силы педаль газа. Джип занесло. Он пересек трассу, чуть не протаранив автобус. И рванул в глубь дворов напротив больницы.

Мамонт газанул от души. И «Додж Дюранго» ворвался в тот же двор. Пересек его, вылетел в переулок, а потом на оживленный проспект. Там среди потока машин был виден мчащийся на всех парах черный джип. И Мамонт не намерен был его отпускать.

Шатун схватил рацию и передал старшему группы наружки:

– Ведем преследование. Два террориста движутся по Октябрьскому проспекту на автомашине джип «Гранд Чероки» черного цвета, с тонированными стеклами, госномер К128РА123. Первый, сбрось своим, чтобы перекрывали отходы. Их надо задержать!

– Вы там как? – забеспокоился разведчик.

– Мы у них на хвосте! Попробуем взять сами!

– Ни пуха вам!

– К черту!

– Ждите помощь!..

Лекарь гнал как сумасшедший. Он вырулил с проспекта и закружился по запутанным улицам. На тихом перекрестке сбил мужчину. Судя по тому, что человек попытался подняться, сшиб не насмерть, но его судьба интересовала Лекаря не больше, чем судьба жужжащей в салоне встревоженной мухи.

Пролетали мимо глухие пятиэтажные кварталы. Позади осталась деревянная частная застройка. Джип, ревя мотором, перемахнул через мост над чахлой рекой. Пошли промышленные районы.

С грохотом джип на обгоне ударил бампером и развернул «жигуленок-копейку», набитый гастарбайтерами, и сам едва не вылетел с проезжей части. Но Лекарь только прибавил скорость.

Старый террорист будто обезумел. Ему хотелось скрыться отсюда, зарыться в землю, в схрон, стать исчезающе малой величиной. Он впервые почувствовал, что плохо контролирует себя. И вперед гонит его даже не страх, а какое-то базовое чувство убегающего, инстинкт, который заставляет зайца надрывать жилы и метаться по полю, уворачиваясь от охотничьей дроби. Ему было плевать, что машина рухнет с моста или расплющится о столб. Главное – уйти!..

Мамонт не собирался отставать. Он был охотником, и сегодня эта дичь была его. Он стал единым целым со своей машиной. Водитель он был от бога. И сумел удержаться на хвосте. За мостом он едва не протаранил бок «копейки», которую перед этим снес преследуемый джип, но успел уклониться.

Голубой «Додж Дюранго» подпрыгнул на ухабе и устремился по круто уходящей вниз, зажатой двухэтажными бараками улице. За ней на километры тянулись бетонные заборы, склады, гаражи, хозяйственные площадки с ржавой техникой. Вдали пылили пара грузовиков.

– Оперативный простор! – воскликнул Шатун. – Давай, Боря!

Из окна черного джипа чуть ли не по пояс высунулся смуглый абрек с пистолетом в руке. Часто захлопали выстрелы. Стрелял он хорошо. Одна пуля пробила бампер, погуляла где-то по внутренностям «Доджа Дюранго», но не причинила вреда. Вторая продырявила лобовое стекло – будто паучок раскинул по прозрачной стеклянной поверхности тонкие лапки трещин. Чуть правее – и водителю пришел бы конец. Но Мамонту повезло – пуля лишь царапнула щеку, но в горячке погони боль не ощущалась.