Бригада (1-16) - Александр Белов

Часть вторая

КУКЛОВОДЫ

XI

Пчела даже перестарался. Сегодня, получив еще семь процентов акций, перекупленных у сети магазинов «Тектоническая платформа», он аккумулировал в своих руках пятьдесят два процента акций банка «Социум»: Хватило бы и пятидесяти одного. А именно: контрольного пакета, который позволял принимать самостоятельно практически любое решение.

Последняя покупка произошла совсем полюбовно — «Тектоническую платформу» изначально контролировали солнцевские. Кабан уступил им эти семь процентов в обмен на те же проценты в «Бриге». Хотя Пчела и поскрипел зубами, но Саша его убедил, что отказываться не стоит.

— Пчела, — постучал Саша по своей голове, хотя явно предпочел бы постучать по голове друга. — У нас четверых в «Бриге» в общей сложности остается во-

семьдесят процентов. А «Социум» нам за полгода еще не на один банк заработает.

—        Это с какого перепугу?

—        С того самого, понимаешь, — спародировал Саша интонации Гаранта.

Только ленивый сейчас над стареющим президентом не издевался, уж больно сдал за последний год старик, хотя и был-то он всего на год-другой старше того же Зорина.

—        Пить надо меньше, понимаешь.

—        Да ты что? — заржал Пчела. — Думаешь, он еще избираться будет?

—        А то! Вспомни, что Зорин говорил! — наполнил Саша.

—        Ну, он же совсем разваливается!

—        А ты прикинь, Пчел, что сегодня могут сделать деньги и политическая реклама. Они мертвого по кусочкам соберут. — Сашины доводы звучали вполне убедительно.

—        Ну, если деньги... — сдался меркантильный Пчела.

—        И прикинь еще — какие деньги! — продолжал Саша. — И они потекут рекой через наш «Социум». Впечатляет?

—        Впечатляет, — не мог не согласиться Пчела.

—        Так что, брат, с сегодняшнего дня ты в основном переключаешься на работу с Зориным.

—        А ацтеки? Говорят, за ним Берестовский стоит? — Пчела, будучи практиком, с ходу перешёл к делу.

—        С чеченами я тебя прикрою. Только держи с Зориным ухо востро. И с Петькой его подружись, разговори его, может, проболтается когда. Своди там куда-нибудь. К девочкам, что ли? — предложил Саша. — Он вроде по виду-то — ходок.

—        Не учи, Белый, не маленький. Свожу. Слава богу, и в девочках и в мальчиках толк понимаю.

—        Что-что, Пчелкин? — прищурился Саша, еле сдерживая смех. — В мальчиках? Ты что, ориентацию поменял?

—        Озверел, Белый! Я совсем другое имел в виду, — возмутился Пчела.

—        А почему покраснел? — Саша стукнул Пчелу по плечу.

—        Да не покраснел я вовсе! — Пчела ответил симметричным ударом.

И они начали шутливо мутузить друг друга. Документы-договоры, слетая со стола, кружились в воздухе как бумажные ковры-самолеты. Каждый самолетик стоил немалых денег. В долларовом, между прочим, эквиваленте..

Пошедшая в кабинет Людочка застыла с подносом. Ну вот, она им, как солидным бизнесменам, кофе принесла, а они дерутся! Не офис — филиал детского сада!

—        Александр Николаевич, — прервала разбушевавшихся друзей Людочка, поставив, наконец, поднос на журнальный столик. — Я подберу? — она указала на разбросанные документы.

—        Да, спасибо, Люда, — спохватился Саша, в последний раз стукнув спарринг-партнера.

—        Людочка, а как насчет этого? А? — Пчела уже в миллионный раз подкатился к Людочке с интимом.

—        Никак, — спокойно ответила она и, сложив бумаги аккуратной стопкой, удалилась из кабинета, не забывая покачивать бедрами.

Солидные бизнесмены, наконец, угомонились и, прихлебывая горячий кофе, углубились в документы...

С «Социумом» им и вправду очень помог Зорин. Он вовремя организовал проверку со стороны Центробанка, которая сделала прежних хозяев послушными и сговорчивыми. К тому же на них давили братья Юскаевы, так что выбирать банкирам пришлось между черными и Белым. Из двух зол... Ацтеки, как известно, придерживались тактики выжженной земли. Отнимали все, сразу и навсегда. Да еще и компенсации затрат на экспроприацию требовали.

Поэтому Саше с Пчелой удалось решить дело миром: «социумовцьх» добро-вольно-принудительно отдают свои акции, а им отпускаются долги их... Мало того, они даже остаются в правлении на хорошей зарплате. Чтоб было детишкам на молочишко, а женушкам на шубки и побрякушки. Ну, не на бриллианты, конечно, а, допустим, на жемчуга. Тоже ведь не хило, а?

—        Так что, Пчелкин, — сказал Саша, закуривая, — скоро будем иметь приятную встречу с ацтеками. Но на стрелу ты не поедешь. Финансовые тылы прикрывать будешь. Фила и Коса возьму, — решил он.

—        Да ты что, Сань? — изумился Пчела. — Кос опять что-нибудь выкинет!

—        Не выкинет, — уверенно отрезал Саша. — Он сейчас вроде ничего. Тьфу-тьфу, чтоб не сглазить, — Саша поплевал через левое плечо. — Вполне в форме. Его ж иголками лечили. Прикинь, как пьяного ежика, но вроде помогло. Так что пора ему в дело возвращаться.

—        Александр Николаевич, — раздался голос Людочки из динамика переговорного устройства, — Вас к телефону Лечи Ахмедович Юскаев. Соединить?

— Соединяй, — ответил Саша и повернулся к Пчеле. — Ну, что я говорил? Легки на помине!

Встречу назначили в ресторане «Санкт-Петербург» гостиницы «Националь». Это была выгодная для Саши территория. Гостиница входила в сферу влияния курганских, в этот момент придерживающихся нейтралитета.

Это была единственная славянская группировка, на территории которой Юскаевы готовы были встречаться, понимая, что на их землю Белый не пойдет. Конечно, Саше не в лом было встретиться и на улице, тряхнув стариной, но все же это было не солидно для людей их положения. К тому же южане Юскаевы едва ли не больше, чем всех разборок, боялись суровых московских морозов. А январь в этом году в Москве выдался лютый...

Обе стороны были пунктуальны. Ко входу к «Националю» подошли одновременно.

Белов, в длинном кожаном пальто и без головного убора, и старший Юскаев в дорогой серой дубленке и норковой ушанке. Гвардейцы-опричники за спиной внимательно оглядывали друг друга. Космос широко улыбался. Это была нехорошая улыбка, но сдержать ее он не мог.

Швейцары услужливо пропустили гостей. Они так и шли по лестнице на второй этаж — Лечи и Саша впереди, а бойцы следом, не нарушая невидимой границы.

Лечи Юскаев, типичный кавказец с мужественным лицом, был приземист, поджар и по-восточному красив. Младший брат был сильно похож на него и, должно быть, чтобы их не путали, обзавелся щегольскими усиками а-ля Джохар Дудаев.

Круглый стол в отдельном зале был уже сервирован. По расположению закусок сразу можно