Наша личная война - Лев Пучков

– Хорошо, работайте, – разрешил Витя. – Езжайте и ни на кого не оглядывайтесь. Удачи вам всем…

Оглядываться и в самом деле не стали, но сразу не поехали. Решили ехать с утра, но не на «огород», а на базу «Забора», с тем чтобы продолжить подготовку к предстоящей операции. Иванов немножко обманул спецпредставителя: подготовка, собственно, началась уже сегодня, сразу после того, как Костя сообщил о готовности шахида сотрудничать. Полковник просто не хотел встречаться с Витей накануне операции. Имелись, знаете ли, некоторые сомнения по поводу успешности ее завершения. По телефону, сами понимаете, все туманно и расплывчато, обозначили только общее направление. Потом, при отчете, независимо от результатов операции, можно будет додумать недостающие детали, подправить слабые звенья и вообще выставить себя в наиболее выгодном свете.

А в личном разговоре с дотошным Витей придется выложить кучу деталей и фиксированно «застолбить» многие пункты плана. Потом, если вдруг что-то не срастется, кому-то по всем этим пунктам надо будет ответить. Угадайте с трех раз, кому? Раз… Угадали! Возьмите в блиндаже банку сгуща. Не стесняйтесь, не норму у хлопцев отбираете – это трофей. Петрушин с Васей мимо склада гуляли, вдруг смотрят: ничейные коробки стоят. Абсолютно ничейные. Дикие. Согласитесь, грех не взять!

Иванов через коммутатор вызвонил командира ОМОНа и порадовал:

– Пляши, Ефимыч. Есть «добро».

– Спасибо, ты молодец. Что мне руководству сообщить?

– Ничего. Будем работать, и все. Если вдруг что-то просочится, тогда и сообщишь.

– Уверен?

– На все сто. Расслабься и получай удовольствие. Я за все отвечаю.

– Ну, утешил. До завтра?

– До завтра. Да, кстати! Слушай, Ефимыч… У тебя какой радиопозывной?

– «Ямал». Но на время «прогулки», понятно, мы все это переиграем…

– Да нет, не в том дело… вот если бы тебе вдруг сказали придумать для вашей конторы кодовое наименование… Для таблицы взаимодействия, например. Чтобы это наименование соответствовало роду деятельности подразделения и в то же время отчасти ретушировало его подлинную суть…

– Это на фига? Будут таблицы составлять?

– Да нет, это так, просто из любопытства.

– А кому надо?

– Да мне, мне надо.

– Ну, если тебе… Тогда – «Забор».

– Почему?! – Иванов от удивления аж зубами лязгнул. – Почему именно «Забор»?

– Потому что забор. Это такая штуковина, которая что-то перегораживает. Блокпосты на трассах например. И эта штуковина имеет двойной смысл. Потому что, ко всему прочему, забирает всех подряд. Ну, не всех, а кого надо. Логично?

– Такое впечатление, что вы мыслите в унисон, – пробормотал Иванов.

– С кем мы мыслим? – озаботился Ефимыч. – Это кто такое придумал?

– Да так, есть тут один тип, – уклонился от ответа Иванов. – Ты не бери в голову, отдыхай. До завтра…

После этого команда неспешно поужинала с коньячком и в полном составе завалилась спать. Никаких дополнительных мероприятий в свете завтрашней операции проводить не стали. Если уж начальство постеснялось «врезаться», зачем самим себе режим ломать?

* * *

С утра оседлали Васин «бардак» и убыли на базу ОМОНа, прихватив всю потребную экипировку – до завершения операции возвращаться «домой» уже не придется. Подгузных оставили на «хозяйстве», поскольку мероприятия тылового обеспечения в планы команды не входили.

– Ага! – Встречавший команду Стерня от переполнявшей его одухотворенности и веры в совместные перспективы не сразу и слова нужные нашел. – Ага!!!

– Рады тебя видеть, Ефимыч. – Иванов пребывал в ровном рабочем настрое, даже не улыбался.

– А уж как мы рады, что вы рады! Думаю, правильно будет начать с чаю?

– Знаем мы ваш чай, – Иванов решительно отверг предложение. – Мы завтракали. Давай бегом подытожим по суткам, откорректируем хвосты и добьем, что осталось…

Представляю краткий отчет о проделанной за сутки работе.

Самое главное и полезное: тороватые омоновцы проявили себя джентльменами и все это время наперебой и весьма трогательно ухаживали за Лизой (у них в отряде женщин нет). В результате Лиза убыла на базу с наволочкой, в которой было много всего вкусного. Подарки, естественно, трескала вся команда, Лиза никогда не тихушничает и по-братски делится с коллегами. Вывод: женщина в команде – не всегда обуза.

Далее. Вчера составили предварительный план подготовки и проведения операции, определили элементы боевого порядка и разобрались с привлекаемым личным составом. Ефимыч подготовил список самых способных бойцов, Петрушин подробно расспросил о каждом, в принципе, утвердил, но сказал, что надо поработать с людьми вживую.

В течение трех часов отсутствующих бойцов потихоньку подменили на постах и доставили на базу. Теперь их товарищам придется тащить службу без смены в течение как минимум двух суток. Никто не роптал, люди к нагрузкам привыкли и знали, за что придется пострадать.

Пока меняли личный состав, наша лихая троица – Петрушин, Вася и лейтенант Серега – решили на всякий случай обследовать подступы к базе ОМОНа. На предмет подтверждения либо опровержения подозрений Иванова, что за базой могут наблюдать злобные друзья пленного шахида.

Ориентировались в основном на три полуразрушенные пятиэтажки, с двух верхних этажей которых хорошо просматривалась часть территории кирпичного завода. Пятиэтажки не понравились Иванову потому, что в начале сентября сего года он с Лизой заседал[16]в одном из этих зданий на предмет снайперского огня и лично имел возможность лицезреть территорию базы сверху.

– Опасное это дело, – остерег инженер сводного отряда. – Предыдущая смена в конце сентября там все заминировала крест-накрест. С этих «высоток» несколько раз снайпера работали, вот они и решили подстраховаться. А когда минировали, маленько пьяные были и потому карту нам не составили. Теперь сам черт не разберет, чего там наворочено. Зато с тех пор никто не беспокоит.

За информацию инженера поблагодарили, но на разведку все равно отправились, а для поддержки штанов взяли с собой Глебыча. С Глебычем не страшно.

Не торопясь, проверили два дома, временно нейтрализовав три растяжки с «Ф-1» и две «монки»[17]. Ничего там сложного не было, вполне примитивные сюрпризы, могли бы и без Глебыча обойтись. Следов присутствия вражьих наблюдателей не обнаружили. Работали тихо, перемещались скрытно. Засветились, судя по всему, на выходе с базы – там открытая местность, просматривается со всех сторон…

Когда уже приближались к третьей пятиэтажке, из окна нижнего этажа выметнулся серой тенью какой-то мужчинка, юркнул за угол и пропал.