Операция "Рагнарёк" - Андрей Юрьевич Журавлёв

и некем, нас ждут Апокалипсис, Геенна и Рагнарек вместе взятые. Если только раньше планета не развалится в куски от ядерных взрывов. А теперь делайте свой выбор. Я все сказал.

Маша шагнула вперед и произнесла слегка охрипшим голосом:

— По поручению Лорда Вэйнврайта я выскажу свое мнение в поддержку одного из кандидатов. Это – Александр Кузнецов. Делайте выбор. И удачи нам всем в эти трудные времена.

* — Огир – фэнтезийная раса великанов – ученых, философов и строителей в эпопее «Колесо Времени» Р. Джордана, откуда взята вся терминология новой магии.

* — Перефразированная цитата из Л.Н.Гумилева

101. Уолл-Стрит. Манхэттен. Нью-Йорк. Картер Вандервейден

Переговоры о месте встречи заняли чуть не две ночи. Брунгильда согласилась смирить свою независимую северную натуру и представиться новому Принцу Нью-Йорка по всем дурацким Камарильским традициям. Картер, с сожалением отказавшись от возможности выставить такое событие напоказ перед «двором», согласился принять Валькирию в офисе фирмы «Вандервейден и Краусс».

В союзниках Принц нуждался отчаянно. Еще до конклава Нью-Йорк находился на особом положении среди подвластных Камарилье городов. Не так давно освобожденный от власти Шабаша ценой огромных потерь среди лучших бойцов, город не привлекал Старших и других влиятельных членов вампирского сообщества. Картер был возмутительно молод по меркам Сородичей и нигде, кроме Большого Яблока, не смог бы занять такого положения. Скандальный Конклав спокойствия в городе не прибавил, Кланы искоса поглядывали друг на друга, Иветт и Хелен продолжали нескончаемую войну за передел бизнеса, Лорд Вэйнврайт с головой ушел в дела Капеллы, Носферату сидели в норах, выжидая дальнейшего развития событий, а Бруха прятались по своим логовам, пристыженные предательством своего Примогена. Яблоко оказалось с гнильцой, и Вандервейден опасался, что оно вот-вот само упадет в загребущие лапы Шабаша.

Те, на кого он мог бы положиться, укатили в тур. Но до Картера доходили противоречивые и ненадежные слухи о том, что они заняты не только музыкой. Пару раз за это время ему звонил Войцех, напоминая об обещании помочь с юридической стороной законопроекта. Проект уже неделю лежал в сейфе фирмы «Вандервейден и Краусс», и у Картера было ощущение, что он тикает, как часовая бомба. Молодые сородичи, прекрасно помнившие предвыборные обещания Принца, с нетерпением ждали, когда же рванет. Но Вандервейден понимал, что, если Юстициарии в Лондоне пронюхают об этом раньше чем бумага попадет в Конгресс, то взрывом снесет и его голову. А, возможно, и не только его. Единственным утешением был согласившийся временно остаться на посту Шерифа Ал-Асмай, но от гнева Внутреннего Круга его поддержка защитить не могла.

Другое дело Брунгильда. Глядя на хмурую блондинку с холодными голубыми глазами, небрежно одетую в потертые джинсы и мятую футболку, Картер ни на секунду не забывал, что Валькирия старше его на полторы тысячи лет. И на три поколения, что немаловажно. Клан Гангрел вышел из Камарильи, но Брунгильда со своими воинственными девами и до того была сама по себе, и решение главы Клана ее заботило мало. Вандервейден вообще сомневался в том, что она признает главенство Ксавьера.

— Мне нужна помощь, Картер.

Брунгильда недовольно поморщилась, просьба чуть не застряла у нее в горле рыбьей костью. Принц слегка кивнул, ничего не обещая, но приглашая к продолжению. Его тонкие пальцы сплелись на обтянутом светло-серым шелком летнего костюма колене, унимая предательскую дрожь.

— Связи в Вашингтоне. Хильда вышла на них через Ассамитов, а теперь Сигрун – единственная, кто еще может отследить ниточки, за которые дергают Ассасины. Но я ей не доверяю. Если бы она не влезла в эту историю по уши, уже давно сдала бы мне все контакты. Не может же она не понимать, что они затевают...

— Я не уверен, что моих связей достаточно, чтобы влиять на решения в Белом Доме или в Генштабе, — возразил Вандервейден, — чтобы нейтрализовать Ассамитов, понадобится что-нибудь неординарное. Впрочем, до меня дошли слухи, что после провала вашего совместного проекта в Вашингтоне и без нашего участия полетели головы. Может быть, этого достаточно?

— Не думаю, что в нужном количестве, — хищно оскалилась Валькирия, — надо бы добавить.

— Стравим их с Шабашем? – внесла предложение Моника, тряхнув возмутительно-алым ирокезом.

— Тебя, девочка, сюда пригласили исключительно из вежливости, — нахмурился Принц.

— Меня сюда пригласили отвечать своей башкой за Анархов, которых Внутренний Круг собирается внести в Красный Список*, — отпарировала Моника, — и, к тому же, у меня есть для вас новость, мистер Высочество. Я говорю в этом городе от имени Клана Бруха.

Вандервейден в недоумении воззрился на наглую девицу.

Ну да. Это имело смысл. После злосчастного происшествия со сбежавшей Екатериной, Марлена, потерявшая статус Примогена, пряталась даже от собственного Клана. Остальные, понимая, что, поддержав в свое время амбициозную выскочку, тоже оказались втянутыми в грязную историю, не горели желанием показываться на глаза новоиспеченному Принцу. И только Крис и Моника вышли из всей этой истории с незапятнанной репутацией. Крис укатил на Западное Побережье, поучаствовать в грандиозном проекте Джулиана Луна, о котором ходили самые противоречивые слухи. И по всему выходило, что Моника, едва вышедшая из периода ученичества, становилась главным кандидатом на роль Примогена Бруха.

— Кстати, о Шабаше, — задумчиво протянул Картер, делая вид, что пропустил мимо ушей последнее заявление Моники, — мне тоже может понадобиться помощь. Те, на кого я мог бы положиться, далеко. А остальные, не считая Кадира, слишком слабы. Если Полонья решит отбить город силой, мне просто не хватит бойцов.

— Мы поговорим с Джезбель, — предложила сидевшая до сих пор молча Ингрид, — Гангрел не вернутся в Камарилью без приказа Ксавьера. Но сражаться против Шабаша они будут.

— Можешь рассчитывать и на нас, Принц, — согласно кивнула Брунгильда, — я хотела лично ехать на Восток, но готова задержаться, если ты думаешь, что опасность близка. Заодно прослежу, чтобы ты не забыл о моей просьбе, на случай, если диктофон тебя подведет.

— Я сделаю все, что в моих силах, — заверил Вандервейден, — и даже больше. Но мне кажется, что события зашли слишком далеко.

Он помолчал и неожиданно обернулся к Монике.

— Что говорит наш друг? Долго еще до передачи проекта в Конгресс?

— Думаю, он ждет окончания созванного Джулианом съезда, — пожала плечами Моника, — а что?

— А то, — сердито ответил Картер, — что если он будет тянуть