Генеральная зачистка - Александр Тамоников

– Тоже Америку открыл… Это сразу подразумевалось. Надо было бы организовать им на время помехи. Не подумали об этом.

– Да уж, нашел укрепленный объект с бандой матерых боевиков, – хмыкнул Шепель. – На шестерых придурков роту радиоэлектронной борьбы выводить? Не жирно ли будет? Мы должны отработать охрану так, чтобы ни одна сука пискнуть не успела, не то что подать сигнал тревоги. И мы, Сережа, это сделаем. Так, давай на территорию, к дому. Обойди его, осмотри окна, входы-выходы – основной, запасной, чердак. С улицы, я имею в виду. Возможно, на чердак ведет окно, а то и лестница. Короче, оцени и определи возможность действия с крыши. Осмотрись хорошенько. Вопросы?

– Связь?

– По необходимости и шепотом. Сигнал на вибровызов.

– Понял!

– Давай, работай, а я свяжусь с Макаровым.

Старший лейтенант протиснулся в проем между бетонными плитами и словно растворился в темноте. Шепель улыбнулся. Школа… Набрал номер майора Макарова:

– Мы на позиции, проводим рекогносцировку. Что у вас?

– У нас все нормально. Около 21.00 на ваш объект проследовал фургон «ГАЗ-53». Трое бандитов вывели из него детей. Точно пересчитать их не удалось, но не меньше тридцати человек; не исключено, что это был второй завоз. Мы вышли к поселку в 20.05. По вашему объекту. Видел охранников. Один так себе, другой здоровячок; судя по всему, старший всей охраны. Выходил во двор, разговаривал с кем-то по телефону. Да, еще: входную дверь барака охрана либо не закрывает, либо закрывает на крюк или цепь, щель достаточно большая.

– Благодарю! У вас какая обстановка?

– У нас все проще. Ребята выходили непосредственно к домам. В 10 часов бандиты развели женщин по комнатам, сами устроились в холле. В ближнем доме на 22.40 охранник сидел за столом, смотрел портативный телевизор при свете настольной лампы. В остальном освещение выключено или не подключено. Кроме холла.

– Это я заметил. Второй дом?

– Во втором охранник приложился к бутылке водки, прилег на диван, слушает музыку с плеера через наушники. За ним смотрит Дрозденко.

– Рябой у вас не появлялся?

– Ты имеешь в виду вишневую «семерку»? Нет, не приезжал. Кроме фургона, других машин не было.

– Значит, ты готов к проведению акции?

– Так точно.

– Отлично! Жди команды!

– Поаккуратней с верзилой, Миша. Он может быть опасен.

– Учту. До связи!

Подошел Самойлов, но выходить наружу не стал.

– Ну что? – спросил у него Шепель.

– Слабое место барака – входная от ворот дверь. Прикрыта на крюк. Сорвать – как два пальца об асфальт.

– Ты, конечно, посмотрел внутрь?

– Само собой. Охранников двое. Один – здоровый мужик, накачанный, у него помповое ружье РП-16-2 «Бекас-2» шестнадцатого калибра.

– «Бекас»? – проговорил Шепель. – А Рябой про «макарычи» говорил… Обманул, сука… Значит, в магазине ружья шесть патронов. Неплохая штука, надежная. Дальше?

– А вот второй охранник так себе – пацан лет восемнадцати, с травматическим «макарычем». Все играется с ним, ковбой недоделанный…

– Они оба в одном помещении?

– Да, прямо в фойе. А окно с торца ведет в глухую комнату. На чердак подъема нет, окна тоже нет. Окна барака закрашены и зарешечены. Голосов не слышно.

– Отбой объявлен, вот и не слышно. Что представляет собой фойе?

– Квадратная комната. Слева диван, справа два старых кресла, в углу стол, рядом торшер, холодильник в ближнем правом углу, на нем телевизор. Коридор разделяет фойе пополам и идет влево от дивана, вправо на участке между одним из кресел и столом. Здоровяк на момент осмотра сидел в кресле, у него при себе телефон в кармане куртки. Ружье рядом. Пацан возился с настройкой телевизора.

– Ясно! Выходим к двери, там занимаем позицию.

– От двери ты не сможешь говорить с Тимохиным. Охрана услышит.

– Включат телевизор – не услышат. А нет, отойду. Далее по команде срываем крюк, врываемся в холл и нейтрализуем охрану. Ты берешь на себя пацана, я – здоровяка.

– Если у него хорошая реакция, то придется его валить.

– Придется – завалю… Оружие к бою, выходим на позицию штурма.

Оказавшись у дверей, офицеры услышали довольно громкую музыку, доносившуюся из фойе здания, и голоса бандитов:

– Толян, выруби на хрен этот чертов ящик, не видно же ничего!

– Не видно, зато слышно. А концерт клевый показывают. Хоть как-то время скоротаем.

Шепель достал сотовый телефон, посмотрел на часы. Уже за полночь. Он отошел назад на несколько метров и набрал номер Макарова.

– Да! – ответил майор.

– Готов?

– Готов!

– Время 0.07. Вызываю Тимохина. Тебе ожидать команду на штурм.

– Понял.

Шепель переключился на командира «Ориона»:

– Саныч? Мы готовы.

– Я со Шматко недалеко, у разбитой дороги. Начинай работу! Прикрываем.

– Есть!.. Дима, атака! – скомандовал Макарову Шепель.

Выключив телефон и подняв пистолет с глушителем, Михаил подошел к двери и указал на нее Самойлову. Старший лейтенант кивнул и ударом ноги выбил ее. Спецназовцы ворвались в фойе. Молодой охранник у телевизора растерялся. Поднялся, недоуменно глядя на вооруженных людей в черных бронекостюмах.

– Лапы в гору! – крикнул Самойлов.

Охранник подчинился. Старший лейтенант сбил его с ног.

Если с первым бандитом все разрешилось быстро, то второй оказался более проворным и опытным. Не успел Шепель взять его на прицел, чему отчасти помешал первый охранник, оказавшийся на одной линии с верзилой, как тот, схватив помповик, прыгнул в правую часть коридора.

– Черт! – крикнул Шепель. – Глуши пацана, Серега, и к дивану! Быстро!

Самойлов ударом ребра ладони в шею лишил молодого бандита сознания и юркнул за диван. Шепель присел за кресло, на котором недавно восседал верзила. И вовремя. Тишину дождливой ночи разорвал грохот выстрела ружья. Бандит стрелял дробью.

– Комар! – крикнул в сторону коридора Шепель. – Сопротивление бесполезно! Вся территория окружена, и у тебя только один выход – сложить оружие и сдаться.

– Кому? – проревел Комар.

– Спецназу Главного управления по борьбе с терроризмом. Не сдашься – мы будем вынуждены открыть огонь на поражение.

– Да откуда вы, суки, взялись?

– А вот слова надо тщательнее подбирать… Выходи, и я гарантирую тебе жизнь.

– Да? А потом нары лет этак на двадцать?