Логово проклятых - Сергей Зверев

Волна гнева захлестнула его и сошла, как грязная пена. Борович хорошо знал, что надо переждать первый порыв, самое сильное эмоциональное впечатление, вызывающее острую боль. Потом способность мыслить ясно и логично обязательно вернется к нему. Никуда она не денется.

Нужно было сбросить напряжение. Он сумел это сделать, прикрыл глаза и переждал эту ужасную волну боли и горя.

Да, Михаил должен оставаться здесь, потому что иначе нельзя. Пользы от него больше именно тут, за кордоном, а не на фронте. Находясь в Кракове, он может спасти больше жизней советских людей и нанести немалый урон врагу. Значит, Борович должен смочь, обязан сделать то, с чем, кроме него, не справится никто.

– Хорошо, – наконец-то проговорил он и согласно кивнул. – Инструкции мне сейчас действительно нужны, иначе я наломаю дров.

– Прошло? – с улыбкой осведомился Николай.

– Догадались? – спросил Борович. – Да, нахлынуло и прошло. Я могу работать.

– Не стыдитесь, – заявил резидент и вздохнул. – Мы все через это проходим. Потому что для нас слово «Родина» – не пустой звук. Мы все эти годы один на один сражались с мировым империализмом и выстояли. Выдержим и снова, что бы ни случилось. Так что подумайте о том, какая вам будет нужна помощь, а сейчас запоминайте. Задача стратегического плана для вас – работа по ослаблению власти нынешнего руководства ОУН. Вы должны постараться развалить эту организацию изнутри, чтобы она не смогла не только осуществить попытку захвата власти на территории Советской Украины, но и претендовать на это. Ни в нынешних условиях, ни в ходе войны.

– Ничего себе! Вот так задачка! – с усмешкой проговорил Борович.

– А кто говорил, что будет легко? Ничего, мне кажется, что вам, сотруднику краковского центра ОУН, очень даже неплохо известно, чем сильны и в чем слабы ваши противники. Вам легче определить, где и как можно ударить по ним.

– Да, я понимаю. Однако здесь играют свою роль не только структура и система, но и отдельные личности, задействованные в них.

– Вот видите, вы все понимаете и без инструкций. В рамках этого задания вам надо обратить внимание на личность Ярослава Стецько. У этого человека очень высокий потенциал. Он готовый лидер, но, в отличие от Бандеры и Шухевича, человек по сути своей не военный.

– Стецько – готовый руководитель государства, – заявил Борович. – Из него получится сильный президент. Я не очень высокого мнения о его гуманистических и демократических воззрениях, но он знает, как строить страну, влиять на ее граждан, налаживать экономику и взаимоотношения с зарубежными партнерами. Я вовсе не исключаю, что он войдет во власть на штыках Бандеры и Шухевича.

– Вы понимаете, Михаил, что Стецько нельзя просто ликвидировать? Это не решение проблемы.

– Разумеется. Во-первых, мы сразу освободим дорогу другому лидеру, потому что свято место пусто не бывает, как говорят у нас. Во-вторых, мы сделаем из него героя и мученика. Незачем нам подливать масло в огонь их борьбы и создавать героический миф. Я думаю, что мне поможет в этом полковник Ридель.

– Хорошо. Тактические приемы на ваше усмотрение, а по поводу абвера мы поговорим чуть позже. Третье важное звено вашего задания – не дать ОУН создать регулярную армию. Понимаю, это звучит странно, такое дело не под силу одному человеку, но мы вам поможем. Главное – своевременно сообщать в Москву обо всех шагах ОУН в этом направлении. Появление армии – очень сильный политический ход, который может подорвать веру в советскую власть тех не совсем сознательных украинцев, которые только недавно влились в братскую семью народов СССР. Будет очень опасно, если вместе с вермахтом по нашей земле пойдет и украинская армия. Этого допустить нельзя.

– Да, важно показать, что те борцы за независимость Украины, которые идут к нам с оружием в руках – предатели, вражеские прихвостни. Весь советский народ должен проклинать их сильнее, чем германских солдат.

– Совершенно верно. Здесь вы все понимаете правильно. Так что принимайте это как приказ. Теперь о том, что касается вашей вербовки абвером. Времени было мало, но кое-что мы на этого полковника Клауса Риделя собрали. Он родом из Баварии. Его дальние предки когда-то были богатыми землевладельцами, но родители встретили двадцатый век в бедности. Однако кое-какие связи у них все же остались. Клаусу удалось окончить офицерскую школу, но его папаша кому-то перешел дорожку, и сынок загремел из тыловых частей на русский фронт. Хотя и там он сумел устроиться младшим адъютантом в штабе дивизии.

– Потом ему повезло еще и в том, что он встретил меня, – с усмешкой проговорил Борович.

– Не без этого. Тоже элемент везения. Ведь вы могли на полминуты не успеть, и его закололи бы ваши солдаты. Но ранение в бою снова открыло Клаусу Риделю дорожку наверх. Медаль помогла. Его заметили. Он перекантовался по штабам, а после окончания войны остался в составе рейхсвера, служил в контрразведке. В тридцать пятом году, когда появился, собственно, абвер в его нынешнем виде, он был уже подполковником. Полковника получил за операции, проведенные здесь, в Польше и в Чехословакии. Сейчас Клаус Ридель – одна из ведущих фигур в генерал-губернаторстве. Он занимается координацией действий националистических движений, признанных Германией. Есть сведения, что именно Клаус Ридель отвечает за подготовку участия ОУН в войне против Советского Союза.

– Поэтому Москва устроила мне встречу с вами, а не просто передала рекомендации через связного?

– Да, вы правы. Это узловой момент нашей с вами встречи. Руководство долго сомневалось, не могло решить, оставлять вас на самостоятельной операции или переподчинить резиденту. Но мы несколько раз несли ущерб от действий предателей и провокаторов. Поэтому у нас не было уверенности в том, что мы вас не провалим. У вас сейчас надежная связь, ваши каналы были глубоко законспирированы еще до оккупации немцами Польши. Вы вне подозрений. Поэтому мне и было велено встретиться с вами и провести личный инструктаж. Вы должны по максимуму использовать вербовку вас Риделем и заслужить его доверие. У ОУН очень слабая разведка, нет квалифицированных кадров. Поэтому Москва без особых проблем держала на контроле почти все диверсионные группы, засланные на Украину. С абвером все будет гораздо сложнее. Вряд ли Ридель сочтет возможным широко использовать агентурную сеть ОУН. Скорее всего, у абвера уже есть на территории СССР свои люди. Не пропустите, Михаил, момент начала активных действий абвера против Советского Союза.

– Вы говорите о первых днях войны?

– Да, именно это я и имел в виду. Понятно, что следует ожидать резкой активизации разведывательно-диверсионной работы абвера.

Ударная группа, подготовленная Михаилом, должна была уйти из Кракова на восток 1 марта 1941 года, но этого не случилось. Сначала Борович подумал, что руководство ОУН лишило его доверия и негласно вывело из состава совета, разрабатывавшего планы, определявшего районы действий для каждой группы.

Новые бойцы, 3 марта прибывшие в центр для обучения, были объединены в большие группы. Борович получил приказ перебраться из городской квартиры в комнату в помещении штаба, уже четверо суток не видел никого из инструкторов, работавших с курсантами этой зимой. Вместо них появились новые люди, вообще не говорившие по-украински. Они общались со своими подопечными на русском, с сильным, хорошо заметным немецким акцентом. Насколько удалось Боровичу понять, подготовка новых групп началась с тактических общевойсковых вопросов.