Профи - Александр Шувалов

— Привет, Фима.

— Значит, сегодня без водки?

— Увы, — вздохнул я.

— Тогда кофе. Проходи, я сейчас, — и двинул на кухню.

Я прошел в гостиную. Все тот же милый сердцу бардак: боксерская груша на тросе, гири, перчатки, кожаные шмотки на полу, плакаты со слегка одетыми девицами по стенам. Я уселся в кресло у стола.

Фима появился с двумя литровыми, наверное, кружками, кофейником и сахарницей.

— Угощайся.

Я отхлебнул зверской крепости кофе и сразу зарядился бодростью. До завтра.

— Как вообще дела?

— По-разному, — Фима тоже глотнул из кружки и затянулся. — Недавно едва в ФСБ не замели.

— Это за что?

— Да так, пришел тут один кекс по рекомендации, принес заказ, заплатил аванс, а когда пришло время рассчитываться, явился с группой товарищей, предъявил ксиву и стал зазывать к ним в контору на службу. Да еще и аванс попросил вернуть, дескать, западло с Родины-матери бабло сшибать.

— А ты что?

— Что я?

— Согласился?

— Ты представляешь меня, каждое утро идущего на работу?

— В кожаных портках?

— В кожаных портках.

— И в бандане?

— И в ней.

— Нет, — сознался я.

— Вот и я — нет.

— Аванс-то хоть вернул?

— Нет.

— Понятно. — Я отставил чашку в сторону. — Слушай, тут такое дело…

— Допивай и пойдем в кабинет. Там все и расскажешь.

У входной двери в кабинет ровным рядком стояли несколько пар тапочек. Я снял туфли и, не дожидаясь напоминаний, переобулся. В его рабочий кабинет никто и никогда не заходил в уличной обуви, не осмеливался курить и распивать чай-кофе-пиво-водку. Качок, раздолбай, байкер Фима и программист Ефим Копиевкер были совершенно разными людьми, последний на дух не переносил разгильдяйства во всех его проявлениях, строго при случае карая ослушников.

Внутри царили идеальный порядок и чистота. «Как в трамвае», — любил говаривать вслед за булгаковским героем хозяин кабинета. Четыре рабочих стола с офисными стульями на колесиках, строго по числу навороченных усиленных компьютеров с прибамбасами, общей стоимостью с хорошую иномарку. Чуть слышно работал кондиционер, нагоняя прохладу.

— Рассказывай. — Он присел за один из рабочих столов и раскрыл блокнот.

— Надо взломать сервер одной очень серьезной фирмы.

— Какой?

— «Русская сталь».

— Действительно, не хило. Продолжай.

— Влезть в компьютер к шефу их службы безопасности, это некий Вайсфельд Г.Б., и к его заму Терехину А.С.

— В рот мне ноги! Ты что затеял, Стас?

— Работаю по поручению их президента, — соврал я. Или не соврал? — Сможешь?

— Посадить «червя», понятно. Я тут, кстати, написал один такой, ни один антивирус не берет.

— Отследить их переписку и тех, с кем они общаются.

— Всех?

— Нет, конечно. Только тех, кто меня заинтересует.

— Дальше.

— Подготовить атаку на их сеть, чтобы по моей команде вывести ее из строя.

— Можно. Это все?

— Нет. Скажи мне, если человек получил сообщение, отправил сообщение, а потом все стер, это можно восстановить?

— Да.

— Замечательно. Теперь самое главное. Тебя ни в коем случае не должны обнаружить. Что скажешь?

— Сложно, но можно. Если работать через отдаленный сервер, адрес взломщика будут искать хоть в Новой Зеландии, хоть в Гонконге. Если хочешь, могу засветить его в Монголии, говорят, там уже есть Интернет.

— Это лишнее. А можно попробовать спрятаться где-нибудь внутри самой «Стали»?

— Можно и так. На сколько дней работы ты меня подписываешь?

— Шесть-семь дней и ночей.

— Тогда поговорим о приятном.

— Я не против. Твое предложение?

Фима продемонстрировал мне две растопыренные пятерни.

— Овсы, однако, дорожают. Рублей, надеюсь?

— Не шути так пошло, евро, конечно.

— Грабь. — Я достал из кармана пачку и отсчитал двадцать банкнот достоинством по пятьсот евро каждая. — Возможна премия по результатам работы.

— Тогда выметайся, мне некогда, нужно денежку зарабатывать. Завтра после одиннадцати позвони, а лучше приезжай.

— Успехов.

Перед тем как ехать ночевать к Сане, я заскочил еще в пару мест, а потому изрядно припозднился. Когда я вышел из метро на «Новых Черемушках», уже вовсю темнело. Затоварившись продуктами в суточнике у метро (помнится, Котов предупреждал, что у него в холодильнике осталась только водка), я бодро двинулся к его дому, размышляя о своем, о девичьем. Места мне были знакомы, сам когда-то жил неподалеку, вот я и решил слегка сократить путь и пройти дворами.

Напрасно я это сделал. Трое вышли из темноты и целеустремленно двинулись в мою сторону. Меня окликнули, я сделал вид, что не услышал, и прибавил шагу, они — тоже. Классика жанра, одинокий прохожий, надеюсь, интеллигентного вида и трое джентльменов, горящих желанием остановить его и подробно расспросить, как пройти в филармонию.

Боевые искусства всех стран мира от израильской крав маги до монгольской борьбы на поясах настоятельно рекомендуют в таких случаях, напрочь забыв о собственной крутости (если таковая имеется), попытаться измотать противников бегом. Что я и сделал, рванул между домами, придерживая на бегу вещички. Они устремились за мной, причем в хорошем темпе. Ребята, видно, были молодыми и задорными.

Я вбежал в проход между гаражами, собираясь повернуть направо и решающим броском через пустырь достичь Саниной многоэтажки, но уперся в здоровенный, не огороженный котлован, освещаемый тусклым светом фонаря. Я оказался в западне, бежать было некуда. Как там сказал Котов, «нашли в котловане»? Эти ребята знали, куда меня гнать.

Опустив сумку с пакетами на землю, я подобрал два камешка размером с детский кулачок каждый и стал ждать.

Первым из-за гаражей показался высокий парень с арматурой в руке. Не добежав до меня несколько шагов, он остановился, постукивая железкой по ладони.

— Куда так спешишь, мужик? — спросил он с усмешкой.

Второй, вооруженный точно так же, вынырнул из темноты и встал возле первого, тяжело дыша. Совсем плохо с физкультурой было, судя по всему, у третьего. Он еще не показался, было слышно только его тяжелое дыхание.

— Что вам надо? — спросил я дрожащим от страха голосом.

— Да ты не бойся, дурачок, иди сюда.