Непрощенный - Максим Шахов

– То есть частная?

– Ну не совсем. «Газпром» контролируется государством, но для простоты можно сказать, что это частное охранное агентство, вооруженное новейшими образцами стрелкового оружия.

– Так… – заявил Купер. – А что вы скажете об этом?

Пощелкав мышкой, американец продемонстрировал фотографии, на которых были зафиксированы массовые передвижения охраны и прибывшего подкрепления. Кащеев придвинулся поближе.

– Так, а вот это можно увеличить?.. А еще? Ага, понятно… Это антитеррористические учения, Чарли. Отлично, что у нас есть эти снимки. Вернись назад, пожалуйста… Еще! Вот! Это наблюдатели. В смысле, лица, оценивающие степень готовности личного состава и эффективность системы охраны в целом. Противник тут условный, то есть учения не ролевые. Просто дается вводная. К примеру, что такая-то часть караула выведена из строя и террористы прорываются к машинному залу со стороны моря. Ну а дальше играют тревогу и все такое… Самое ценное в этом, что у нас есть временной ориентир. Можно вперед? Нужно фото, на котором подъезжает первая машина подкрепления… Ага, вот! Разница – пятнадцать с половиной минут. То есть норматив, скорее всего, минут двадцать. Это они на учениях так спешно прибыли, потому что все знали заранее. В реальности, я думаю, на это уйдет минут двадцать пять. И плюс это, опять же, не воинское подразделение, а милиция. Которую можно заранее отвлечь ложным нападением. Или устроить засаду на дороге.

– Так сколько нам нужно партизан, Григорий?

– Ну, если проводить войсковую операцию, то тут нужен отряд штыков в двадцать…

– Это исключено, – категорично заявил Купер.

– Я понимаю. Если же провести разведку и предварительно вывести из строя технические средства, то для проникновения к машинному залу достаточно и пары таких спецов, как твой Сэм.

– Это тоже исключено, Григорий. Речь идет о спонтанном рейде партизан.

– Я понимаю… Там, в России, я стою двоих таких, как твой Сэм, Чарли. При соответствующей подготовке я проникну на территорию в одиночку. Но без взрывчатки, конечно. Ну а чтобы ее гарантированно подвезти, нужно три человека.

– Этого будет достаточно?

– Вполне. Больше не нужно. Тем более что мне придется этих партизан «зачищать», а у них ведь звериное чутье. Трое доблестных партизан, Чарли. Это оптимальное число.

– Ну что же! – потер руки Купер. – Будем считать, что мы определились. – Посмотрев на время, он начал быстро сворачивать программы. – Будь добр, Григорий, скажи Сэму, что мы через пять минут будем выезжать. Только переоденемся в гражданское…

– Слушаю, товарищ генерал!

– Ну что, я посмотрел ваш план, полковник. Он никуда не годится. Слишком велик риск…

– Виноват, товарищ генерал, но…

– Да не перебивайте вы старших по званию! Что за привычка?

– Виноват…

– Сам знаю, что виноват! В общем, я санкционирую вашу вылазку на свалку…

– Спасибо, товарищ генерал!

– Да что ты скажешь! Полковник, вы дадите мне договорить?

– Виноват…

– Только смотрите: если вас накроет уголовка или чего лучше СБУ, это все может перерасти в международный скандал. С далеко идущими последствиями. Поэтому я вас прошу: никакого риска и дурного геройства. Все очень осторожно. При малейшей опасности немедленно уходите. Все поняли?

– Так точно, товарищ генерал.

– Я на вас надеюсь. Хотя, честно говоря, мне слабо верится, что это Кащеев. Но вы правы в одном: эту версию нужно подтвердить или опровергнуть. Удачи, полковник!

– Спасибо, товарищ генерал!

– Ну как тебе обед, Григорий? – спросил Купер.

– М-м, – только закивал головой Кащеев, не в силах оторваться от сочнейшего плова.

Они, сняв обувь, втроем с Сэмом сидели с ногами на низких атласных диванах чайханы. Это был вроде как отдельный кабинет, поскольку со всех сторон висели ковры. Стол ломился от мяса, зелени и фруктов.

Купер, откинувшись на спинку, с сытой ухмылкой смотрел на Кащеева с Сэмом. Те, склонившись над столом, продолжали уплетать еду за обе щеки. Купер освободил от обертки деревянную зубочистку и принялся лениво ковыряться в зубах.

В этот момент нижний угол одного из ковров приподнялся, и в кабинет нырнул невысокий турок, одетый как во времена Оттоманской империи – только ятагана на боку не хватало. Турок метнулся к откинувшемуся на спинку Куперу и, наклонившись, что-то шепнул ему на ухо.

Сонливость Купера словно рукой сняло. Он быстро кивнул турку, бывшему хозяином заведения. Тот задним ходом, с угодливым поклоном, вынырнул из кабинета. Купер снял ноги с дивана и торопливо нащупал свои туфли. Сэм Мэтью, прекратив есть, смотрел на него.

– Он приехал, – негромко сказал Купер. – Я войду, а ты на всякий случай глянь, чтоб никто нас случайно не подслушал.

Сэм кивнул:

– Понял, сэр!

Мгновенно позабыв о еде, Мэтью провел по блестящим от плова губам салфеткой, отер руки и поспешно обулся. К тому времени, когда Купер закончил завязывать шнурки на своих туфлях, Мэтью уже метнулся к ковру, прикрывавшему входную дверь, и, приподняв его, осторожно выглянул в коридор.

Купер, поправив штанины, тоже встал и шагнул к противоположной стенке. Американец задрал прикрывающий ее ковер, под которым оказалась спрятана потайная дверь, и открыл ее. Кащеев, прекратив есть, удивленно наблюдал за действиями своих спутников. Купер оглянулся и с улыбкой сказал:

– Отец хозяина, Муслим-паша, был еще агентом УСС! И, говорят, лично знал Аллена Даллеса. Так что хозяин наш – агент во втором поколении. Его чайхана используется турецкой резидентурой для особо важных встреч…

В этот момент из-за ковра, закрывавшего потайную дверь с другой стороны, донеслись шаги и голоса. В расположенный за стенкой соседний кабинет вошло несколько человек. Хозяин чайханы, отец которого был завербован предтечей ЦРУ Управлением стратегических служб, без умолку тараторил по-английски:

– Прошу вас, господин, проходите, господин, садитесь! Вы не ошиблись, господин, решив посетить наше заведение! Лучших блюд вы не сыщете от Босфора до Арарата! Разрешите, господин, я подложу вам подушку! Шевелитесь, бездельники, вы видите, господин уже сел! Быстрее! Быстрее! А теперь пошли прочь! Быстро-быстро! Приятного аппетита, господин! Если вам еще что-то понадобится, нажмете на кнопку звонка! Она вот здесь, под столешницей! Я тоже исчезаю, господин, чтобы не мешать вам спокойно наслаждаться нашей кухней!

Вслед за прислугой хозяин покинул соседний кабинет. Купер приложил палец к губам и опустил за собой ковер. Некоторое время он стоял перед потайной дверью, выжидая, а потом неожиданно вынырнул в соседнем кабинете.