Команда. Генерал Смерть - Максим Шахов

Конечно, при таком комплексном подходе какие уж тут государственные границы! Какая разница, «свой» это народ или соседний. Все равно – кирдык! Вот и объяснение для вас, господин профессор Черемных: американцы против Соединенных Штатов, русские – против России. Абсолютно логично. Космополиты, мать их... глобалисты фиговы!»

Талеев откинулся на высокую прямую спинку компьютерного кресла и прикрыл глаза.

«Куда ж это ты забрался, бедолага? Нет, ты даже не Моська, лающая на слона, а что-то неизмеримо более мелкое. А главное, глупое! Как там определено? «Мировое правительство» сейчас – это сплав международной бюрократии, местных мафий, высшего слоя акционеров транснациональных корпораций, части национальных элит и правительств основных мировых держав, координирующих свои действия... А еще спецслужбы ведущих стран мира. Хорош получается наборчик, да?! Вот куда только террористов задевали? Это все-таки ближе к твоей «специализации», Талеев».

Неожиданно в голове журналиста, неизвестно откуда, возник другой негромкий голос:

«Что, испугался до...? Опустишь руки и начнешь осторожничать?»

Талеев вместе с креслом подъехал к небольшой изящной тумбочке, выдвинул верхний ящик и нащупал рукой прохладное стекло пузатой бутылки. Он не стал разыскивать тяжелые литые стаканы, а прямо из горлышка отхлебнул два здоровых глотка ароматного «Remy Martin». Тут же второй голос приободрился и окреп:

«Начало обнадеживает. Может, еще пару «бульков»?»

Гера разглядел бутылку на свет и последовал разумному совету. От первого настороженно-боязливого попискивания в голове не осталось и следа. Зато второй разошелся не на шутку:

«Во, теперь в самый раз! Что нам какой-то Имхотеп?! Пусть себе ошивается в этой ненайденной Шамбале еще три тысячи лет. И в транснациональные корпорации лезть не стоит. Пока! Зато уж местные мафии и спецслужбы – это точно по твоей части. К тому же, заметь, не мы их первыми зацепили. Ну, по крайней мере, в этот раз. Так пусть и не пеняют, что попадут под серьезную раздачу. Будем решать реальные проблемы и начнем с уже нарисовавшихся. А далее по мере поступления. Ну, в общем, как обычно. И не забудь: в ответ на все их Трехсторонние комиссии, Бильдербергские клубы и Комитеты 300 у тебя есть Команда!»

Талеев очнулся и отправился разыскивать свой телефон со спутниковой связью.

* * *

– Привет, Галчонок! По отличному качеству связи догадываюсь, что ты наконец покинула свои катакомбы... Да-да, материалы твои получил. Супер! Качество записи просто изумительное. Я даже подозреваю, что она производилась «вживую», непосредственно на самих переговорах, так?.. Можешь не отвечать, при встрече поделишься. А заодно расскажешь и о том, как ты нарушила мой категоричный приказ: близко не соваться к «объекту»!..

Ах, это не ты?! Совсем в другом месте находилась в тот момент?.. Так... так... Угу, собственноручно громила караван с наркотиками на Басаргинском перевале? Нет, а где?.. Сидела в засаде. Угу, так я тебе и поверил... Цела хоть?..

Галина Алексеева была уникальной личностью по многим показателям. Во первых, потому, что она – единственная девушка в Команде. Во вторых, работала в ней, как и Талеев, с момента создания. В третьих, а также в четвертых, и в пятых, и... В общем, достаточно было только ознакомиться с ее досье.

Маленькую девочку подобрал в горах близ афганского города Герата отряд советского спецназа, возвращавшийся из оперативного рейда. Она была ранена, до предела истощена и обезвожена. Как оказался ребенок в полном одиночестве в труднопроходимых горах, за многие десятки километров от любого человеческого жилья, навсегда и для всех останется загадкой. Девочка была без сознания, не умела даже говорить и лишь тихонько стонала в бреду, произнося звуки «гю-иль». Так появилось ее первое имя – Гюля, Гюльчатай, которое очень быстро сменилось на вполне русское Галя.

Командир отряда, не особо надеясь на благоприятный исход, все-таки приказал взять ребенка с собой. До границы было совсем недалеко. Уже на советской территории майор совершил еще одно должностное преступление: когда врачи полевого госпиталя, осмотрев ребенка, лишь сокрушенно и безнадежно покачали головами, он не оставил девочку в спецприемнике на верную смерть, а тайком, на транспортном самолете вывез в Москву. Там он поднял все свои связи, привлек первоклассных медиков и поставил-таки ее на ноги! И дал свою фамилию – Алексеева. А потом определил в самый первоклассный элитный детский дом, который, вообще-то, больше напоминал изысканный пансионат для одаренных детей. Разумеется, для тех, за кого было кому платить сумасшедшие, даже по тем временам, деньги. В этом вопросе в складчину приняли участие все два десятка бойцов отряда. Они же на протяжении многих лет холили, лелеяли и баловали свою «дочь полка». Ни в один выходной день или на праздник девочка не оставалась одна, всегда гостила в семье кого-то из спецназовцев, причем на правах самого долгожданного и любимого гостя. Что уж говорить о каникулах! Впрочем, вовсе не «гостя»: она была своей в каждой семье. И в полной мере ощущала по-настоящему отцовскую и материнскую любовь.

Со временем маленький и худенький «гадкий утенок» превратился в великолепного лебедя. Роскошная восточная красавица с гривой блестящих черных волос и жгучими глазами поражала безупречной стройностью высокой фигуры и природной грацией уроженки горных районов Среднего Востока. Она с поразительной легкостью впитывала все, чему старались научить ее множество «названых пап». А поскольку все они были настоящими бойцами-спецназовцами, то наряду с детскими книгами, фильмами, спектаклями и походами в зоопарк стремились передать «дочери» и свои годами выработанные весьма специфичные навыки... Девушка прекрасно боксировала, была мастером спорта по боевому самбо, обладала черным поясом по карате, в совершенстве владела кун-фу и айкидо, умела великолепно пользоваться всеми видами огнестрельного и холодного оружия...

Стоит ли удивляться, что с такими «родственниками» и физической подготовкой она без каких-нибудь проблем оказалась в Высшей школе КГБ. Там у нее проявились поразительные способности к восточным языкам. За несколько лет Галина – впрочем, теперь иначе чем Гюльчатай ее никто не называл – в совершенстве овладела арабским, турецким, фарси, курдским, пашто, белуджским, сарматским, уйгурским языками и еще полудюжиной тюркских диалектов!

Естественно, что свое первое – и последнее! – задание по линии КГБ она получила именно на Средний Восток. И как в воду канула. С течением времени в ее личном деле появилась запись «Пропала без вести». А потом пропало и само личное дело. Впрочем, к этому приложил руку уже Герман Талеев через своего Куратора. Так несколько лет назад началась новая жизнь Гюльчатай в Команде.

* * *

И вот теперь она передала журналисту бесценные записи секретных переговоров высокопоставленного и очень влиятельного чиновника в правительстве одной бывшей советской азиатской республики с главарем крупнейшего бандформирования в горной области северного Афганистана. Речь шла о планах поставок крупных партий наркотиков для дальнейшего транзита в Европу и оружия – в противоположном направлении.