Абсолютно несовместимы - Эмма Райц

Хотя я давно уже знаю наперед, что он скажет, сделает, с какой стороны ударит и под каким углом выстрелит…

Они замолчали. Денис закурил вторую под неодобрительным взглядом Арчи.

– Все, последняя, честно. Девчонка тоже не выходит из головы. Закрываю глаза, и она так четко всплывает. С кучей своих дурацких вопросов.

– М-м-м… Бойся своих желаний. Хотел влюбиться? Получай.

– Молчи уж.

– Что? Будешь ее искать?

– Не знаю. Много ли в Москве ординаторов по имени Алиса?

Арчи рассмеялся и швырнул окурок в урну:

– Сколько ординаторов – не подскажу. А вот Алис, владеющих серебристым «Гольфом» с номером «689», наверняка по пальцам можно пересчитать.

Денис замер:

– Черт! Точно! Я совсем забыл про тачку! Ты – гений.

– Я же писал рапорт о твоей доставке. Там все данные по машине.

– Ладно… Затянутся швы, и, может быть, я ее найду.

– Может быть? Вот ты смешной. Ты не слышал себя, пока стонал в отходняке. Твой мозг, по ходу, только за эту девчонку и цеплялся.

– Мой мозг – отдельный разговор. И хотеть я могу чего угодно. А вдруг она… Может, у нее парень есть?

– Вот и узнаешь.

* * *

Месяц спустя

Алиса снова сбросила звонок.

– Опять Артем?

– Третий раз за день.

Аня мягко улыбнулась:

– Может, есть смысл с ним поговорить? Вдруг он по-настоящему раскаивается?

– Вдруг, – Алиса скривилась в саркастичной усмешке. – Если бы мы расстались нормально, просто после какого-нибудь разговора, возможно, я бы и дала ему шанс сейчас.

Аня вздохнула и отпила остывший кофе:

– Ты же знаешь. Бывает, что на людей накатывает какое-то затмение. А потом они жутко жалеют.

– Знаю. Но легче от этого не становится. У меня до сих пор перед глазами та сцена. Ань, я даже не представляю, как смогу сесть в его машину, зная, что на этом самом месте сидела та голая девчонка! И он ее прямо там целовал и лапал… А-а-а!

– Хорошо! Нет, значит, нет. Не насилуй себя этими воспоминаниями.

Они сидели в кофейне недалеко от «Склифа». Алиса закончила дневную смену с опозданием почти на два часа из-за экстренной операции. Аня давно привыкла к такому ритму работы подруги и на каждую встречу брала с собой ноутбук, чтобы тоже можно было поработать, если Алиса задерживалась.

– Давай сгоняем куда-нибудь через пару недель? Вроде мне подписали отпуск. Где в октябре еще тепло?

– Можем прокатиться по Европе. Доедем до твоей мамы.

Алиса нахмурилась при упоминании матери.

– Она так убивается из-за нашего разрыва. Каждый звонок начинается с этой темы.

– Ее можно понять.

– Конечно. А я теперь лишний раз звонить не хочу. Мне бы отпустить и закрыть эту тему, но она упорно продолжает ковырять рану.

– В чем проблема? Скажи ей, чтоб прекратила. Ты же умеешь это! Четко и безапелляционно. Не знаю, вас в вузе этому учат или уже в ординатуре? Ты всегда была такая мягкая, но за последние пару лет обросла шкуркой. Я слышала, как ты тогда в приемном покое говорила с тем буйным парнем после ДТП. Мертвый подчинится!

Алиса рассмеялась:

– Да, руководитель моей практики тоже недавно сказал, что у меня иногда командный голос прорезается.

– Это же круто! Пойдешь вверх в карьере. Станешь топовым хирургом!

– Да ладно… Не стать бы слишком сухой и циничной. Когда видишь каждый день десятки раненых после аварий, несчастных случаев, драк… Начинаешь относиться к человеку как к механизму, который нужно починить, – Алиса махнула рукой официантке, – но я ведь шла работать с эмпатией и человеколюбием…

– Не глупи! Ты отличный врач. У тебя холодная голова! В скорой помощи, да и в любой экстренной ситуации, это важнее. Пожалеть и утешить можно потом, когда все пришито, кровь остановлена, а пациент пришел в себя и ноет, чтобы ему вкололи еще одну дозу обезболивающего.

– Видимо… Ладно. Извини, что я так задержалась сегодня. И ты снова проторчала тут два часа.

– Пупс, ну кого мне еще ждать? Ты же не бумажки там перебирала, а спасала жизнь. Тем более я успела дописать новый код. И он даже работает!

– Хорошо. Тебе, кстати, ответили на резюме?

Аня вздохнула:

– Пока нет… Не уверена, что вообще ответят. Один знакомый оттуда сказал, что в команду программистов набирают исключительно парней. Чтобы никаких интриг и всякого такого. Несправедливо…

– Сами дураки. Упускают талантливый кадр! – девушки расплатились за кофе и вышли на вечернюю улицу.

– Тебя подвезти? Выглядишь очень уставшей после смены.

– Думаю, сил как раз хватит, чтобы доехать до дома.

* * *

Алиса припарковалась недалеко от подъезда ровно в девять вечера. Больше всего ей хотелось принять душ и поскорее уснуть.

Через несколько машин она заметила черный матовый спортивный мотоцикл и попыталась вспомнить, был ли среди ее соседей хоть один байкер. Но быстро отказалась от этой идеи и решила, что это просто чей-то гость.

Весь дом знал, что Алиса работает в хирургии, поэтому соседи, особенно пожилые, часто приходили к ней за консультацией. Она давно привыкла и старалась каждому дать совет или порекомендовать компетентного специалиста.

Задумчиво смотря под ноги, Алиса поднялась на третий этаж и замерла. На верхней ступени, уперевшись лбом в сложенные на коленях руки, сидел мужчина в черной гоночной экипировке. Рядом с ним лежал черный мотоциклетный шлем с каким-то славянским символом.

Через мгновение незнакомец встрепенулся и сонным взглядом уставился на Алису.

– Привет, фея…

– Ты?..

Денис встал на ноги.

– Что ты тут делаешь?

– Жду тебя.

Алиса почувствовала одновременно облегчение, увидев его живым, и слабость в ногах от неожиданной встречи. Она схватилась за перила и тихо спросила:

– Зачем?

Денис опустился к ней на несколько ступеней:

– Как минимум, поблагодарить.

– Я думала, мы в расчете… – Алиса не могла заставить себя поднять на него взгляд и продолжала смотреть куда-то в сторону.

– Ну… Технически – да. Просто я не помню, как переместился из твоей машины в больничную палату. И, скорее всего, не сказал спасибо.

– Сказал. Еще до того, как твои… коллеги встретили тебя.

Денис улыбнулся, зажмурив один глаз:

– Я правда не помню. Я… Что это?

– Что?

Он нежно повернул Алису за подбородок и посмотрел на ее шею. Она отдернула голову и закрыла татуировку рукой.

– Ничего.

– Там мой