Металл цвета крови - Александр Тамоников

— Откуда вы об этом знаете? — удивился Штайгер, было видно, что он вспомнил эту историю. — Да, такой случай я помню, хотя это было очень давно. Но никого из сопровождающих тогда не осталось в живых… — Он замолчал и пристально уставился на собеседника. Березин молчал. Что-то блеснуло в заплывших глазах немецкого майора — возможно, огонек догадки. — Минуточку, майор… Вы хотите сказать, что вы там были?

— Это не имеет значения, герр Штайгер, — сухо улыбнулся Березин, — меня интересует другое: ваша высадка в этом районе была случайной или вы действовали по наводке? Хотелось бы получить искренний ответ, если вас, конечно, интересуют достойные условия содержания под арестом, которые я могу вам обеспечить.

Тень наплыла на лицо немца. Он погрузился в воспоминания, и, похоже, они его не радовали, хотя, казалось, должны были.

— Военная разведка получила агентурное донесение из района Никольска, что русские собираются вывезти из тамошнего дворца-музея что-то ценное… Я совершенно не в курсе, что это было, да и не мое это дело. Картины, старинные коллекции, драгоценности ваших императоров… Там царила неразбериха, усиленная нашими бомбежками. Вы пытались спасти ценности из Пушкина, Слуцка, а с Никольском опомнились уже под конец… Наши войска вели стремительное наступление, вы не ожидали, что мы прорвемся так быстро. В этой операции не было бы смысла, если бы мы с ходу взяли село перед дворцом, а потом ворвались бы на этот объект. Но в селе наши войска встретили сопротивление, и им пришлось задержаться. Не помню название этого населенного пункта…

— Красивое, — подсказал Березин.

— Да, возможно. Я плохо помню… Наши люди работали по перехвату этого груза, видимо, потерпели неудачу, или… мне сообщили не все. Я не люблю работать в неопределенных ситуациях, когда нет ясного видения, но это был именно тот случай. Нам приказали высадиться севернее дворцового объекта и, по возможности, перехватить колонну из двух машин…

— Даже так? — перебил Олег и задумчиво почесал карандашом висок. — Выходит, среди персонала музея были ваши люди, и даже в тех условиях они имели возможность связаться с Абвером?

— Этого я точно не знаю, — пожал плечами пленник. — Все происходило сумбурно, мы не имели точной задачи. В том районе не было вашей ПВО, поэтому мы сделали пару кругов. Потом пилот сообщил, что видит две машины, следующие в северном направлении, и я принял решение десантироваться. Думаю, вы знаете, что было дальше…

Олег лихорадочно размышлял. Отправка радиодонесения — значит, агент находился в окрестностях музея. Вряд ли это был посторонний, сидящий в кустах, только сотрудники знали о прибытии конвоя для вывоза ценностей. Но кто этот агент и где он сейчас? Сколько воды утекло. Мог погибнуть, уйти с немцами — вариантов множество. А десант — всего лишь подстраховка. Впрочем, как оказалось, сработал именно он. Березин фактически не узнал ничего нового. Выискивать мифического лазутчика в персонале музея (казачок явно не засланный, а завербованный) — дело тухлое и никому не нужное. Сто процентов, что сейчас его там нет.

— Спасибо, герр Штайгер, — бодро произнес Олег. — Дальше расскажу я. Одного из сопровождающих вы приняли за мертвого. Подогнали брошенную машину с проселочной дороги, перегрузили в кузов контейнеры — поскольку «ГАЗ-АА» был безнадежно поврежден. Препятствий по дороге вы скорее всего не встретили, а вскоре район уже находился под вашим контролем. Захваченные ценности вы сдали куда положено, получили благодарность от командования, возможно, были представлены к награде…

Последующая тишина была подозрительной. Штайгер порывался что-то сообщить, но не решался. Гримаса возмущения, которая было у него тогда и вновь появилась спустя два с половиной года, сделала это лицо более чем знакомым.

— Вам есть что добавить? — насторожился Олег. — Не смущайтесь, герр Штайгер, все, что пойдет нам на пользу, вам зачтется.

— Ну, хорошо, — принял непростое решение Штайгер. — Хотя я, честно говоря, не понимаю, зачем вам понадобилось вывозить из дворца дрова и камни, да еще отдавать за них жизни ваших солдат…

Как-то неприятно засосало под ложечкой. Олег сглотнул, стал пристально всматриваться в лицо немецкого майора. Тот не играл, не пытался запутать, он искренне не понимал некоторые вещи.

— Поясните, герр Штайгер.

— Вы отчасти были правы, — медленно начал офицер. — Мы подогнали грузовик с дороги, перегрузили в кузов контейнеры, туда же положили тела наших солдат — в тот день мы потеряли шестерых… Точнее сказать, семерых — был еще рядовой Рюмке, подстреленный перед приземлением, но его мы искать не стали — долго и далеко. В дороге мы нарвались на отступающее подразделение Красной Армии, но не стали вступать в бой, потому что и так потеряли достаточно людей. Обогнули болота, прибыли в Никольск, где уже стоял наш пехотный батальон. Из Гатчины срочно прибыли люди из СД, вскрыли контейнеры… Признаюсь, это был неприятный и шокирующий момент. В первом же ящике обнаружились березовые поленья, камни, каменный уголь… Стали вскрывать остальные — в них то же самое… Меня чуть не отдали под трибунал, но вступилось мое командование, у меня была хорошая репутация. Допрашивали солдат моего взвода — кто-то предположил, что это мы похитили музейные ценности. Но когда пятнадцать человек хором твердят одно и то же, очевидно, что они не обманывают… В общем, сделали правильный вывод: русские обвели нас вокруг пальца, пустили по ложному следу, и мои десантники, выполнявшие приказ, ни о чем не подозревали.

Получалась полная ерунда! Если среди сотрудников музея был шпион, то как он мог проворонить такую погрузку? Или… не проворонил? Мысли путались. Была в этом деле и комическая сторона: доставь группа Клыкова контейнеры в Ленинград и предъяви их в соответствующую инстанцию: всех бы на месте расстреляли без суда и следствия! Еще один вариант: ценности вывезли заранее, а группа Клыкова должна была навести тень на плетень, заморочить немцев. Но это чушь — если ценности уже вывезли, зачем вообще нужна была группа Клыкова?

— Ба, что я вижу, господин майор… — Штайгер не удержался от язвительной улыбки. Он был наблюдательный малый, — русские обманули сами себя! — Он засмеялся трескучим смехом. — Браво, это была неплохая комбинация, согласитесь? Возможно, стечение обстоятельств, элементарное везение… Моя группа могла быть отправлена для подстраховки, это я допускаю. А груз переправили другим путем. Но этого не было, уверяю вас. Сотрудники СД были взбешены. Через неделю ситуация не изменилась — я выяснял: из музея под Никольском на наши склады ничего не поступало.

— Напрасно радуетесь, герр Штайгер, — пожал плечами Березин. — Из этого явствует лишь одно: в Германию коллекции Аннинского музея не поступали. А это значит, что у нас больше шансов до них добраться, чем у вас. Вполне возможно, что они еще здесь.

— Тогда удачи в поисках клада. — Штайгер зло оскалился, но тут же спохватился: — Надеюсь, вы понимаете, господин майор, что я рассказал все, что знал. Надеюсь, ваши обещания будут выполнены?

— Обещания остаются в силе, — отозвался Олег. — Но не спешите, герр Штайгер, мы еще не прощаемся. Не сочтите за труд, расскажите еще раз эту историю. Со всеми подробностями.