Прыжок тигра - Кирилл Казанцев

– Слышу, – отреагировал на звуковой раздражитель дед, – хорошо слышу. Я войну пацаном застал, эвакуацию, мне семьдесят девять лет, но я не глухой.

– Вот и отлично, я рад за тебя. Только помни и другим передай – ваше здоровье в ваших руках. И учти – будешь молчать, так и помрешь тут, на помойке. Теперь я тебя не слышу! – Максиму очень не нравилась реакция старика, дед все прекрасно понимал, но возвращаться в реальность не торопился. Там, где он находился сейчас – в ступоре, – все было значительно проще и безопаснее, чем здесь, на берегу пруда.

– Дедуля, – Максим снова почувствовал, что звереет, – я тебя сейчас на корм рыбам выкину. Ей-богу, выкину.

– Не надо, – взгляд старика стал осмысленным, – я понял. Но зачем так…

– А как? Как с ними еще можно? Не знаешь? Вот и я другого способа не знаю, извини. Все, топай, я за тобой пойду. И никуда не заходи, орать будут, угрожать – не слушай. Вы где живете? – Максим уже волок старика за собой мимо мусорки к выложенной брусчаткой дороге.

– В сером корпусе, за забором, – молниеносно выдал место дислокации дед.

– Где бляди, что ли? – на всякий случай уточнил Максим.

– Да, где бляди. Они с правой стороны, там посуше и теплее. А мы с левой, там крыша прохудилась, и на стенах плесень. Директор говорит, что на ремонт денег нет, и кредитов отпускают в недостаточном количестве.

Неудивительно, все активы должны приносить доход. Ведь ночлежка, как известно, приносит гораздо больше дохода на вложенное бабло, нежели шикарный отель, а совмещенная с борделем, вообще превращается в Эльдорадо.

– Понятно. Все, иди. – Максим подтолкнул старика к щели в заборе. Дед, как сомнамбула, сделал несколько шагов и снова остановился.

– А про тебя говорить? Начальству? – спросил он, не оборачиваясь.

– Как хочешь. Но лучше не надо.

Глупо заставлять старика хранить тайну, да и незачем. Ну, даже если не выдержит дед и расколется, опишет внешность «паломника» – толку-то? Пусть ищут, все закончится еще до ночи. Максим дождался, когда дед скроется из виду, пролез в щель и пробежал вдоль глухой стены гостиницы и кирпичного забора до входа в столовую. Здесь он остановился, вытер мокрой травой перепачканные ботинки и неспешно, словно возвращался с прогулки, направился к своему корпусу. Глянул мельком на дверь столовой и отвернулся, всматриваясь в дождевую муть впереди. Деда не видно, вокруг все спокойно, не слышно ни воплей, ни стрельбы. Пробегают мимо, опустив глаза в землю, паломники, и на любого встречного им наплевать. Оно и к лучшему. У сетчатого забора Максим замедлил шаг, пошел неторопливо, не сводя взгляд с серых облезлых стен. Старик, похоже, добрался до места благополучно и затаился где-то в недрах старого барака. Можно возвращаться.

Со стороны КПП послышался рев двигателей, собачий лай и ругань, но все это перекрыла ревущая музыка из динамиков. Шлагбаум поднялся, и к торцу здания подкатили две покрытые засохшей грязью машины. Музыка ревела еще минут пять, пока из иномарок вываливалась очередная партия паломников. Хлопали дверцы и крышки багажников, из салонов выбирались веселые, уже основательно накачанные спиртным девицы. Наконец табор кое-как сорганизовался и двинул в сторону единственной на все здание двери. После того как она закрылась за последним посетителем, наступившая тишина оказалась сродни космической. Максим отступил с дорожки под деревья, проследил за вновь прибывшими, дождался, пока они скроются в сером здании. Постоял еще с минуту и двинул через двор к гостинице. Максим рванул на себя дверь, постоял внизу в тамбуре, прислушался. Кажется, все спокойно, вот и хорошо. Приступим. Только бы она была на месте.

«Сестра» с ресепшен сидела за стойкой, как белка в дупле, смотрела в монитор и водила мышкой по коврику. Максим в два прыжка преодолел ступени на входе, пересек холл и остановился перед стойкой. «Сестра» подняла глаза, моргнула некрашеными ресницами и отвернулась. Максим оперся локтями на стойку и широко улыбнулся.

– Не скучно? – поинтересовался он, но ответа не дождался. Женщина в платочке ответом его не удостоила, но Максим не расстроился.

– Вижу, что скучно. Охота тебе здесь сидеть, все равно нет никого. Тебя как звать? – С тем же успехом Максим мог пытаться вызвать на диалог стоящий в углу фикус в деревянной кадке. «Сестра» пробормотала что-то неразборчиво себе под нос и вместе со стулом отодвинулась назад. Хвост мыши натянулся до отказа, штекер вывалился из гнезда, и тетенька вздохнула с досадой. Она подняла, наконец, голову, посмотрела на Максима и ответила нехотя:

– Вам что нужно?

«Девку» – едва не выпалил Максим, но сдержался, улыбнулся еще шире и проговорил, еле ворочая языком:

– В гости тебя пригласить хочу. Придешь? Давай, соглашайся, – гнул он свое.

– Нет, конечно, – отрезала «сестра» и отвернулась. Оторванный «хвост» мыши сильно обеспокоил ее, и она не знала, что теперь делать с оптическим грызуном, как вернуть его к жизни.

Максим не сдавался, он перегнулся через стойку, лег на нее животом, протянул руку и схватил «сестру» за запястье.

– Хорош выделываться, пошли. У меня и коньячок есть, как раз то, что нужно в постный день. Тебе понравится. Пошли, кому говорят, – и рывком выдернул тетку со стула.

– Ой, да вы что?! Какой коньяк, прекратите сейчас же! Отпустите! – «Сестра» билась так, словно через нее пропустили ток. «Она припадочная, что ли?» – Максим сжал пальцы еще сильнее, и тетка заверещала, как попавшаяся в ловушку мышь.

Максим обошел стойку, не выпуская из рук добычу, и выволок, наконец, «сестру» из-за ее укрытия. Женщина запуталась в длинной юбке, оступилась и упала на одно колено. В свободной руке она продолжала держать оторванную мышь, провод тащился по полу следом. «Сестра» взвизгнула, сначала слабо, словно пробуя голос, потом громче, потом взяла самую верхнюю ноту и заорала во весь голос на разные лады, как сигнализация у потревоженной машины.

– Отпустите… прекратите… я не пойду… здесь нельзя… – и осеклась на последнем слове.

– А где можно? – мигом отреагировал Максим, – там, через дорожу, за забором можно? Так туда со своим самоваром надо, где ж я его тут возьму? Да какая разница, где? Пошли, и заткнись уже! – последние слова он проорал тетке в лицо, она вздрогнула и захлюпала носом.

– Ну, не хочешь за так, давай за деньги, мне все равно Я тебе заплачу, – шепотом пообещал Максим и разжал пальцы. «Сестра» немедленно вскочила на ноги и ринулась обратно к стойке.

– Не подходите ко мне! – визжала женщина. – Уходите сейчас же, или я охрану вызову!

«Дошло наконец-то». Максим даже выдохнул с облегчением.

– Ладно, ладно тебе, я пошутил, – Максим изобразил испуг и растерянность одновременно, но сестру было уже не остановить. Она визжала так, что поднимавшиеся по лестнице паломники – пожилая пара – дружно прижались к стене и боком проскочили опасный участок холла.

– Что ты сказал? – Женщина в платочке вошла в раж. – Да я кто, по-твоему!? Тут тебе что – публичный дом!?