В логове львов - Кен Фоллетт

– Ты мерзавец! Подонок!

Этот исполненный подлинной страсти вопль полностью заглушил рев двигателя, но выражение ее глаз явно напугало его, шокировало, заставило машинально отступить на шаг назад.

– Я ненавижу тебя! – уже визжала Джейн.

А затем она бросилась на него, вытянув перед собой обе руки, и с силой толкнула в открытый проем двери, из которой он вывалился за борт.

* * *

Русские допустили только одну ошибку. Мелочь, на первый взгляд, но она давала Эллису единственный шанс, и он приготовился сполна воспользоваться им. А ошибка заключалась в том, что руки ему сковали спереди, а не за спиной.

Он вообще надеялся избежать оков. Вот почему невероятным усилием воли ничего не предпринял, когда Жан-Пьер ударил Джейн. Оставалась вероятность, что они оставят его руки свободными. В конце концов, он не был вооружен и находился в окружении сразу нескольких солдат. Но Анатолий проявил себя крайне осторожным человеком.

К счастью, наручники на Эллиса нацеплял не сам Анатолий, а обычный молоденький русский рядовой. И все же он набрался достаточно опыта обращения с пленными, чтобы знать, насколько легче иметь дело с заключенным, чьи руки скованы спереди, если предстояло куда-то двигаться, – меньше становилась опасность, что подконвойный упадет, проще было заставить его забраться в кузов грузовика или на борт вертолета без посторонней помощи. А потому, когда Эллис покорно вытянул руки перед собой, солдатику и в голову не пришло, что он совершает непростительную оплошность.

В одиночку Эллису никак не удалось бы справиться с тремя мужчинами, один из которых был вооружен автоматом. Из прямой схватки с ними он не мог выйти победителем. Поэтому его надежда целиком была связана с попыткой устроить крушение вертолета.

Время словно застыло на мгновение, пока Джейн продолжала стоять у распахнутого проема двери с младенцем, висевшим в перевязи на шее, глядя с ужасом, как Жан-Пьер летит вниз (хотя Эллис успел подумать: мы поднялись всего на двенадцать или пятнадцать футов, и этот гад, к сожалению, едва ли разобьется насмерть). А затем вскочил на ноги Анатолий, скрутил Джейн руки за спиной и совершенно обездвижил. Теперь Анатолий и Джейн оказались между Эллисом и солдатом, находившимся в другом конце пассажирского отсека.

Эллис резко развернулся, подскочил к возвышению кресла пилота, закинул скованные руки за голову вертолетчика, обвил его шею цепью наручников и стянул, заставив звенья цепи глубоко врезаться в плоть.

Пилот не поддался панике.

Продолжая держать ступни на педалях, а левую руку на главном рычаге управления, правой рукой он вцепился Эллису в запястье.

Эллис на краткий миг ощутил, как им овладевает страх. Это был его последний шанс, а в распоряжении оставались считаные секунды. Солдат не посмеет сразу открыть стрельбу из опасения случайно попасть в пилота, и Анатолию, который наверняка вооружен, помешает пустить в ход пистолет та же причина. Но уже очень скоро оба поймут, что терять им нечего. Если они не застрелят Эллиса, вертолет так или иначе потерпит крушение, и они пойдут на любой риск.

Эллиса кто-то ухватил сзади за плечи. Темно-зеленый рукав, замеченный краем глаза, подсказал – это был Анатолий. В нижней носовой части вертолета пулеметчик обернулся, увидел происходящее и стал выбираться со своего места.

Эллис изо всех сил дернул цепь на себя. На этот раз боль оказалась для пилота невыносимой, он освободил обе руки и начал подниматься из кресла.

Но стоило ему отпустить рычаг и педали, как вертолет начало раскачивать и кидать из стороны в сторону на сильном ветру. Эллис был готов к этому и удержался на ногах, прижавшись к креслу пилота, но Анатолий потерял равновесие и разжал свой мощный захват из-за спины.

Эллис выволок пилота из кресла и швырнул на пол пассажирского отсека. Затем дотянулся до рычага и опустил вниз.

Вертолет камнем устремился к земле.

Эллис повернулся, весь сжался и принял наиболее безопасную позу для крушения.

Пилот лежал на полу, сжимая пальцами свое горло. Анатолий во весь рост повалился прямо по центру отсека. Джейн забилась в угол, обеими руками обнимая и защищая Шанталь. Солдат тоже упал, но первым успел прийти в себя и уже встал на колено, подняв «калашников» и нацелив его на Эллиса.

Когда же он все-таки спустил курок, колеса вертолета жестко ударились о твердую почву.

При этом у Эллиса невольно подогнулись колени, и он опустился на них, но оставался в вертикальном положении. Солдата сначала качнуло в сторону, и очередь из автомата продырявила фюзеляж в добром ярде от головы Эллиса, а потом рядовой упал лицом вперед, выронив оружие и вытянув руки перед собой, чтобы смягчить падение.

Эллис пережил на сей раз момент безумной радости.

Он сумел вступить с ними в бой. Сначала сбежал от русских, но был пойман и унижен. Он настрадался от холода, голода и постоянного страха.

Он беспомощно стоял, пока Джейн терпела побои, но сейчас наконец получил возможность постоять за себя в открытой схватке с врагами.

И теперь уже его палец лежал на спусковом крючке «калашникова». Его руки были прижаты цепью наручников слишком близко друг к другу, чтобы держать автомат в оптимальном положении для стрельбы, но он мог в достаточной степени контролировать направление ствола, ухватившись левой рукой за кривой рожок с патронами, расположенный непосредственно перед курком.

Двигатель вертолета заглох. Лопасти винта стали вращаться все медленнее. Эллис бросил взгляд в сторону кабины и успел увидеть, как пулеметчик выскочил из машины через боковую дверь, предназначенную только для экипажа. Эллису необходимо было полностью взять ситуацию под свой контроль, прежде чем остававшиеся на земле русские очухаются и что-то предпримут.

Он переместился так, чтобы растянувшийся на полу Анатолий оказался между ним и дверью пассажирского отсека. Затем прижал дуло автомата к щеке Анатолия.

Солдат пялился на него, окаменев от ужаса.

– Выметайся отсюда, – приказал ему Эллис, сопроводив команду выразительным кивком головы.

Солдату не нужно было знать английского языка, чтобы все понять и тут же выпрыгнуть в распахнутую дверь.

Пилот все еще беспомощно лежал на спине, полузадушенный и едва способный дышать. Эллис пинком ботинка привлек к себе его внимание и тоже велел покинуть вертолет. Мужчина с огромным трудом поднялся, не отнимая рук от горла, и выбрался наружу чуть менее проворно, чем это сделал солдат.

Эллис обратился к Джейн:

– Скажи этому типу, чтобы выпрыгнул из вертолета, но встал спиной к двери как можно ближе ко мне. Быстрее, быстрее!

Джейн выкрикнула Анатолию несколько коротких фраз по-русски. Полковник встал, метнул в Эллиса взгляд, исполненный лютой ненависти, и медленно спустился через дверь на землю.

Эллис не отпускал ствола автомата от его шеи.